Уже решительно я вошел в тетраграмму, вскинул руки, призывая потоки силы, а мыслями потянулся к тому темному пятну резерва, который навечно заняла Бездна. Грани круга вспыхнули, наливаясь огнем. Три стихии и сила Бездны слились в разноцветный поток. Мужчина закричал, забился на полу, запрокинув голову и заламывая руки. Лицо его исказилось жуткой гримасой боли, а в глазах вспыхнул голодный огонь Бездны. Полицейски хрипел и метался, пока круг действовал, и резко обмяк затихнув. Грани круга мигнули, прекращая свое действие.
Я припал на колени, тяжело дыша. Использование силы Бездны не проходило бесследно. Всегда наступал откат, требующий восполнить трату сил вдвойне. Моего резерва хватало. Но Бездна требовала силу извне, потому суставы ломило болью, голова кружилась, а голод воспринимался своим. Не встреть я Изабель, не смог бы провести как прошлый ритуал, так и этот. Она еще не знает, но передав мне силу, спасла несколько жизней. В том числе и этого полицейского.
— Ник! — позвал Маркус. Подняв затуманенный взгляд к брату, я увидел его уже возле мужчины.
"Выругавшись про себя, я подполз к мужчине, положил одну ладонь на покрытый потом лоб полицейского, а вторую на солнечное сплетение. Нет, сердце еще бьется, но очень слабо. Сейчас дадим ему немного сил. А дальше он уже как-нибудь сам. И мужчина ранен, в бедро. Кровотечение еще не остановилось. Сердце ударило сильнее, когда по жилам пробежались потоки исцеляющей магии. Маркус без слов протянул мне кинжал, которым я разрезал одежду на мужчине, чтобы очистить рану и залечить ее.
— Что произошло?
— На меня напали, когда я отвозил домой последнюю девчонку. Рыжую. Этого ранил, остальные сбежали. Он был на третьей стадии и я не стал их преследовать, повез к тебе.
— Ты успел в последний момент.
Опершись на руку, я поднялся с пола. Голова кружилась, а в теле поселилась неприятная слабость.
— Я к Изабель. Нужно ей все объяснить.
Ник понимающе кивнул, тоже поднялся на ноги.
— Только кровь с рук смой. А то и ей придется сердечко лечить.
Бросив недовольный взгляд на брата, я решил промолчать. Понимаю, что он спешил, но мог же предупредить. Должен был слышать ее мысли, знать, что она со мной здесь. Но это уже неважно. Правда обрушилась на нее быстрее, чем я успел рассказать все сам. Теперь предстояли объяснения.
Почти бегом я спустился в жилой коридор, а оттуда пробежал к себе в покои, чтобы смыть кровь с рук. Даже двери за собой не закрыл, сразу прошел в купальню.