“Любимая, потерпи немного, мы скоро встретимся”, — написано прямым почерком почти без завитков.
Глава 7
Наверное, в сотый раз после попадания в этот странный мир, из которого я и видела только спальню да море, мне дико хочется выругаться.
У Дарины кто-то был? Тот, кого она любила и кто называл её “любимой”? Так в этом причина того, что она не хотела детей от Изара?
Что-то это не делает жизнь проще. Мало мне этого громилы, который срочно хочет от меня ребёнка. Так ещё где-то ходит кто-то, кто хочет от меня… Чего? Любви?"
"Пошатываюсь и сгибаюсь пополам, резко схватившись за голову, потому что в висках снова острая боль.
“Я” сижу на коленях в объятиях мужчины. Вожу пальчиком по его открытой рельефной груди, игриво опускаюсь к прессу. Лица с этого ракурса не вижу, только тёмные волосы, длинную прядь, лежащую на его плечах.
— Не бойся, Дарина, — говорит мужчина низким рокочущим голосом. — Можешь смело произносить клятву как есть. Из вас двоих смерть ждёт не тебя. А после смерти одного супруга второй оказывается свободен от клятвы…
Выныриваю снова будто из-под толщи воды.
Еле доползаю до кровати, забираюсь на неё с ногами и пытаюсь осмыслить увиденное. Так, во-первых, это явно не муж. У мужа и грудь пошире будет, помощнее. И волосы не такие длинные и не такие тёмные. Короче, это точно не Изар, а явно кто-то, кто будет счастлив, если “я” внезапно стану вдовой.
Во-вторых, Дарина с этим кем-то спала. И, похоже, не испытывала ни малейшего чувства стыда и неловкости. Да и он тоже. Ну, правильно, чего его испытывать, если Дарина пила эту противозачаточную настойку.
И что-то мне подсказывает, что он неплохо так морочил девочке голову и я не буду особенно рада встретиться с этим неизвестным.
Квест выходит на новый уровень — мне нужно не только избежать практики с “мужем”, но и умудриться скрыться от любовника Дарины. Всё веселее и веселее!
Смотрю на скомканную и намокшую от вспотевших ладоней записку.
“Не забывай про настойку. Обещаю, ты ни о чём не пожалеешь”.
Как только я дочитываю последнее слово, бумага вспыхивает, оседает на белоснежные простыни чёрным пеплом, а потом рассеивается в мелкую пыль.
Чёрт. Ни подписи, ни обратного адреса. Смахиваю пыль с кровати и тоскливо смотрю на окно. Птичка прыгает по подоконнику, будто ждёт, что я напишу ответ и отправлю с ней.
Упс, но нет.