Чтобы продержаться до приезда подкрепления.
Глава 33. Настя
Тагир снова где-то пропадает. Наговорил гадостей, напустил в душу страха и пропал. Как будто его и не было никогда в моей жизни. Я скучаю в его новом доме, мечтаю о том, чтобы снова оказаться на свободе. Представляю свою другую жизнь – какой она будет?
Поневоле и в сладкие видения о несбыточном просачивается облик Тагира, его мужественное, сильное тело, его чёрные, пытливые глаза и чувственные губы!
Он отравил меня собой. Тагир ненавидит меня за грехи отца.
Но поздним вечером начинается оживление. По окнам лупят фары дальнего света. Даже через толстые стёкла слышен зверский рокот мотора и тяжёлые шаги.
Как будто человек пригибается под весом тяжкой ноши.
Дурное предчувствие возникает в моём сердце. Его резко колет, душа наполняется страхом и ощущением беды. Волоски на теле приподнимаются все, до единого!
Меня бросает то в жар, то в холод.
Я удивлена, что такого он увидел, если даже не окрикивает меня и не приказывает вернуться в комнату.
Заинтересованная, я двигаюсь вниз по лестнице.
Грохот. Мат. Снова тяжёлые шаги и учащённое дыхание.
Мои шаги ускоряются сами по себе. Я быстро сбегаю вниз по лестнице. Пульс зашкаливает, а сердце словно выпрыгивает из груди.
Я вылетаю в просторную гостиную. Моим глазам предстаёт шокирующее зрение. Тагир лежит на столе. Окровавленный. Его ранили. Возможно, даже не один раз. Он лежит без движения и находится без сознания. Дышит ли он?!
Я хватаюсь за дверной косяк, чтобы не упасть. Рядом с обездвиженным бандитом стоит мужчина, очень сильно похожий на Тагиром.
– Держись, брат! – говорит тяжело. – Держись! Ты выкарабкаешься! Ты сможешь. Я тебе помогу, – обещает, держа руку на груди Тагира.
– О боже… – выдыхаю я. – Нужен врач!
– Это ты? – усмехается мужлан. – Пленница? Соловьёвская, да? Будешь помогать мне вытаскивать брата с того света! Подойди!
– Как много крови! – шепчу, не в силах оторвать взгляд от Тагира.
На пол уже натекла огромная лужа и продолжает хлестать отовсюду.
В панике прижимаю пальцы к губам. Накрываю рот ладонью, сдерживая крик. Он рвётся из глубины души.
Тагир…"
"Может умереть!
Такая потеря крови. Он бледный. Даже посиневший.