А с этим не каждая девушка сможет жить дальше, принимая во внимание то, что жена изначально не питала к нему ничего, кроме страха.
— И все же, я бы повременил настолько, насколько это возможно, тихо произнес ректор. — Надеюсь, вы не откажете в моей просьбе и останетесь, чтобы понаблюдать за леди?
— Несомненно, — заверил целитель. — Позовите сиделку. Сейчас состояние вашей супруги облегчат прохладные компрессы.
Герцог кивнул и вышел. Ему не пришлось никого звать. Кормилица стояла возле двери и тут же юркнула внутрь.
Впервые Орфес не знал, как поступить: дать погибнуть или спасти, ценой… О цене он старался не думать, но почему-то все равно представлял с каким укором будет смотреть на него человечка. Его человечка! Та, с которой он связан навеки… И что остается? Только молить Адана, чтобы не дал свершиться страшному!
«Великий первородный, второй раз обращаюсь к тебе! Я был слишком горд, чтобы молить, и слишком упрям, чтобы внять твоим знакам! Прошу, позволь ей очнуться и сделать выбор самой! Клянусь, я приму любой!».
Где-то за окнами упала звезда. Когда-то бабушка ему рассказывала о том, что звезды падают тогда, когда исполняется чье-то самое заветное и доброе желание. Наверное, и сейчас исполнилось. Жаль, что не его…
Герцог вздохнул, взмахом руки убрал упавшую на лоб темную прядь и направился в кабинет. Остановил его противный визгливый голос дракона…
— Ваша светлость! Ваша светлость! — вопила кормилица так, что у Орфеса внутри все заледенело. Поворачиваться он не спешил.
Жива! Неужели, Адан услышал его, внял молитвам? Нет, пожалуй, об этом он будет думать потом, а сейчас… Сейчас лучше поспешить, чтобы леди Тасия сама смогла принять решение. И… Первородный бы всех побрал! Ректор искренне надеялся на благоразумность жены!
Он развернулся и зашагал обратно. Плевать на дракона!
— Остаетесь здесь! — рыкнул он Фриде. — И без моего приказа не входить!
То ли интонации голоса, то ли сам его вид повлияли на кормилицу, но она словно приросла к месту и даже дала возможность плотно закрыть дверь прямо перед своим носом.
"А дальше… Дальше случилось немыслимое… непостижимое… Если не сказать — нереальное!
Леди Тасия сидела, опираясь на стог подушек, и что-то пила из большой кружки, которую для нее любезно поддерживал целитель. Но стоило герцогу войти, она подняла на него огромные голубые глаза и… Нет, не завизжала! И даже не испугалась, что было бы привычным делом.