Если помощь с одеждой можно было списать на статус принцессы и какой-нибудь этикет, то снисхождение и жалость в голосе старушки я слышала точно.
Скорее всего, у леди Тасии наблюдалось отклонение в развитии, о причинах которого я затруднялась сказать. Тут могло быть, что угодно: от родовой травмы до психического расстройства или даже заболевания. Ясно одно — герцога пытались надуть, подсунув ему умственно-неполноценную супругу. Эх, и при такой-то внешности! Жаль девочку стало до слез.
Я перехватила руки Фриды, когда она натянула заботливо согретый чулок до колена.
— Что? — растерянно спросила она, явно не ожидая от воспитанницы этого.
— Простите, но я сама! — попыталась отобрать чулок.
Да где там! Тонкие, крючковатые пальцы вцепились в вязку, и оторвать их не представлялось возможным.
Глава 7–2
— Деточка… — ее глаза увлажнились. — Магистр Арбери сказал, но… Вы не помните свою старую нянюшку?
Конечно, оберегала меня Фрида, как раненая тигрица своего тигренка, но откровенничать с ней у меня не было желания, хотя и обидеть пожилую даму не стоило.
— Извините, но нет. — Для убедительности я еще головой покачала. — Но одеваться с этого дня стану сама, договорились?
Няня почившей леди бросила на меня еще один внимательный взгляд и разжала руки.
— Боги с вами, — пробормотала она. — Авось все к добру сладилось, как предрек ваш покойный дедушка.
— Я его совсем не помню, — сообщила я, что, собственно, было неоспоримой правдой. Все знакомые остались на Земле, в прежнем мире.
— Любил он вас, — с грустью произнесла Фрида. — Все надеялся, что головка ваша после смерти матери просветлеет. Как вы леди Скари мертвой обнаружили, так и позабыли все и замолчали. Только недавно совсем простые фразы говорить начали. С тех пор, как при дворе батюшки вашего послов арсов этих увидели.