Тем более теперь, когда я познакомилась с его сестрой и узнала, что эта злобная сука держала его в плену задолго до моего похищения.
Я сказала, что не буду чувствовать себя виноватой, когда Зейд поймает его. Но потом он меня спас, и теперь я не могу обещать, что буду как-либо останавливать Зейда… или что я не буду ничего испытывать по поводу его смерти.
– Ты хочешь его смерти потому, что он помог твоему Алмазу сбежать, или потому, что он предал тебя и оставил трещину в этом маленьком ледяном сердечке? – уточняю я.
Ее глаза пылают огнем, когда она смотрит на меня.
– Он был не более чем хорошим членом, – рычит она.
Я наклоняюсь к ней.
– Тебе приходилось угрожать ему убийством сестры каждый раз, когда ты хотела, чтобы он тебя трахнул?
Рокко фыркает, и Франческа обиженно поворачивает к нему голову. Он бледен, взмок и выглядит изможденным, но злость в его глазах не вызывает сомнений.
– Она перестала ему угрожать после первых пары лет, и думаю, лишь потому, что ему это надоело.
– Заткнись, мать твою! – кричит она, и ее лицо приобретает отвратительный пурпурный оттенок.
– Нет! Мы оказались в этой гребаной ситуации из-за тебя! – кричит он в ответ. – Потому что ты не смогла удержать эту глупую маленькую сучку в узде и отказалась от нее избавляться. А теперь полюбуйся, где мы!
Нижняя губа Франчески дрожит.
– Сидни стоила…
– Ни черта она не стоила! – рычит он.
– Нет, стоила!
– Или она просто хранила твои секреты, – сухо вклиниваюсь я.
Франческа вскидывает голову так быстро, что едва не делает себе одолжение, сломав шею.
– Что она тебе рассказала? – требует она с дикими глазами срывающимся голосом.
Я бесстрастно пожимаю плечами, ничем не выдавая себя. Сидни ни черта мне не сказала, но Франческе этого знать не нужно.
– Сидни знала? – с яростью спрашивает Рокко.
Глаза Франчески расширяются, и она с отчаянием поворачивается к Рокко.
– Да, знала… Я не знаю откуда. Но она угрожала все рассказать Клэр, если я позволю выставить ее на аукцион. Она так поступила только потому, что хотела остаться в доме.
Мои брови сходятся, я гадаю, что же именно знала Сидни.
– Почему ты просто не убила ее? – рычит Рокко сквозь стиснутые зубы.
– Клэр бы мне не позволила! Она заставила меня нянчиться с Сидни в наказание за то, что я не смогла ее урезонить, – плачет Франческа, почти с мольбой обращаясь к брату.
Рокко смотрит в сторону.
– Так вот почему ты перестала позволять трахать их, да?
Теперь я действительно в замешательстве.