– Нет, – шепчет он, и от его теплого дыхания по моей коже на шее пробегают мурашки. – Это ты медленно соображаешь.
Он пристально разглядывает меня. И чем больше он смотрит, тем меньше суровости остается в его взгляде.
– Что в тебе такого? Почему ты сводишь меня с ума?
– Это все мой длинный язык, – шучу я, стараясь сдержать свою реакцию на него, но от его слов мой голос сочится желанием.
– Еще не успел его попробовать… – Мэддок умолкает, и его огненный взгляд насквозь прожигает мое укрытое под одеждой тело. Его лицо вновь становится хмурым.
Ну да, он всего лишь орально удовлетворил меня. Подумаешь.
Когда на его лице медленно начинает расплываться самодовольная ухмылка, все становится понятно. Мое тело не скрывает, что помнит его.
– Уже можно подниматься? – кричит Ройс с первого этажа, и Мэддок отступает от меня.
– Да! – кричит он и уходит в свою комнату, закрыв за собой дверь.
– Ты идешь на вечеринку? – спрашивает Ройс, поднявшись по ступенькам.
– Нет. Я устала.
Он ухмыляется и шепчет:
– Врушка.
"Пропустив его слова мимо ушей, я захожу в свою комнату и переодеваюсь в футболку и спортивные штаны. Ложусь на кровать, притворяясь, что собралась спать, чтобы они не выносили мне мозг из-за того, что я не иду с ними.
Но не тут-то было.
Они входят, все трое, и смеются.
– Мы не тупые, но лучше тебе знать, что по садам гуляют собаки. Попробуешь выйти отсюда посреди ночи, и от твоей ноги могут откусить кусок мяса, – весело сообщает мне Ройс, подмигнув, затем троица исчезает в коридоре.
А я остаюсь одна без шанса на побег.
Простонав, я переворачиваюсь на кровати. Да, это самая удобная в мире кровать.
Я вздыхаю.
Черт, становится все интереснее и интереснее.
* * *Я сразу слышу, когда они возвращаются.
Они громко смеются над шутками друг друга и обсуждают события сегодняшней ночи.
Я вдруг понимаю, что улыбаюсь.
Между этими мальчишками нет конкуренции, которая может перерасти в ревность и ненависть. Они соперничают лишь в веселье и на баскетбольной площадке.
Это редкая связь, и я надеюсь, что они никогда ее не потеряют.
Они начинают подниматься по лестнице, смеясь и пытаясь затащить Ройса наверх так, чтобы он не упал.
– Надо было оставить этого засранца на диване, – смеется Кэптен.
– Нет уж, мужик. Мне не нравится просыпаться там одному, – отзывается Ройс, и я тихонько усмехаюсь.
Под маской, э-э-э, похотливого жеребца скрывается маленький мальчик.
– Тише, Рэйвен спит!
– Если она еще здесь.