Он завел светскую беседу?
Серьезно?
– Да, Фитц, у меня были занятия, – говорю я, перекидываю сумку на другое плечо и направляюсь к подъездной дорожке особняка в викторианском стиле, перед которым мы припарковались. По словам Дина здесь живут целых восемь футболистов.
– Как продвигается работа над докладом?
Я останавливаюсь посреди мощеной дорожки.
– Ты говоришь о докладе, с которым согласился мне помочь? – не могу удержаться от шпильки в его адрес.
По его лицу пробегает тень огорчения.
– Прости. Знаю, что подвел тебя.
– Занят? – подсказываю я.
– Ага.
– Не забудь упомянуть про мигрени, – с сарказмом добавляю я. – Такие ужасные, ужасные головные боли, от которых ты страдал.
Фитц коротко выдыхает. Он поднимает руку, чтобы провести ею по волосам, но останавливается, вспомнив, что на нем кепка «Ред Сокс».
– Не волнуйся, – бормочу я, сглатывая горький привкус во рту, – с докладом я справилась.
Мы снова идем по дорожке. Его ноги длиннее моих, поэтому он шагает медленнее, чтобы не опережать меня.
– Ты уверена? Твой профессор одобрил тезис? Были какие-то замечания?
При упоминании Лори на мгновение забываю, что злюсь на Фитца.
– Он сделал несколько поправок, но мне так не терпелось уйти, что я прослушала. Перечитаю его пометки на полях, когда вернусь домой.
Фитц внимательно вглядывается в мое лицо. Его собственное сохраняет непроницаемое выражение.
– Почему тебе не терпелось уйти?
– Честно? Мне рядом с ним не по себе.
– В каком смысле? – пожимает он губы.
– Не знаю. Он очень дружелюбный. – Я умолкаю. – Даже слишком дружелюбный.
– Он пытался приставать к тебе? – допытывается Фитц.
– Нет. О, нет, не пытался, – уверяю я его. – Я… Я не знаю. Может, я чересчур мнительная. У меня от него странное ощущение, вот и все.
– Всегда доверяй своему чутью, Саммер. Если что-то не так, обычно так оно и есть.
– У меня не самое тонкое чутье, – уныло отвечаю я. – Например, оно подсказывало мне проведать тебя в раздевалке после игры, и посмотри, что в итоге вышло.
При упоминании о том, как низко мы пали тем вечером (Я низко пала. На колени. Перед ним), на лице Фитца отражается сожаление.
– Я… – Он прочистил горло. – …хочу извиниться за это.
Даже не знаю, как реагировать, потому что не могу понять, за что он извиняется: за то, что исчез после того, как я отсосала ему, или вообще за то, что минет случился.
– Ты просишь прощения, – наконец говорю я.
– Да.
Я жду дальнейших объяснений.