Могу поклясться, я все еще потею даже под душем.
– Неужели мы так и не отметим тот факт, что Майк побрил грудь? – требовательно интересуется Дэйв Келвин, младший защитник.
Смех эхом отражается от звукоизолирующей плитки. Бросаю взгляд на Холлиса и вопросительно приподнимаю бровь. Бок о бок мы принимали душ, тренировались и плавали достаточно, чтобы я привык видеть поросль на его груди. Теперь же она гладкая, как попка младенца.
– Эпиляция на дому или в салоне? – усмехается Нейт Роудс, нынешний капитан нашей команды.
– Дома. – Холлис закатывает глаза в сторону рослого капитана. – Зачем мне платить кому-то за то, что могу сделать сам? Это глупо.
Он оборачивается вокруг себя, чтобы махнуть рукой на Келвина:
– А ты? Слезай уже с коня из слоновой кости, чувак…
– Из слоновой кости была башня, – подсказываю я.
– Да плевать. Всем известно, что ты сам эпилируешь грудь и спину, Келвин. Лицемерный ублюдок.
С фырканьем я намыливаюсь. Тело наконец-то начинает остывать.
– Я не эпилирую спину! – протестует Келвин.
– А вот и нет. Никки Орсен сдала тебя, сукин сын с волосатой спиной.
Никки – правый полузащитник в женской команде Брайара. Она отличный игрок, классная девчонка, но ужасное трепло. Ей нельзя доверять никаких секретов.
– Я убью ее. – Келвин краснеет под громкое улюлюканье Нейта и еще пары старших игроков.
– Да расслабься, принцесса, – лениво растягивает слова Хантер. – Каждый чувак из Instagram эпилирует себе что-нибудь.
– И что? – говорит Холлис.
– Мы все тебя понимаем, – торжественно соглашается Нейт.
– Точно. Мы все. Все собравшиеся удаляют лишние волосы… или, по крайней мере, должны, черт возьми, если считают себя сраными джентльменами, – ворчит Холлис.
Проглотив усмешку, я кладу мыло обратно в лоток и начинаю ополаскиваться.
– А если серьезно, брат, ради чего смена имиджа? – встревает Мэтт Андерсон. Как и Келвин, он младший защитник. В прошлом году они оба играли из рук вон плохо.
– У меня сегодня свидание после игры, – признается Холлис.
– И что, цыпочка имеет что-то против волос на теле?
– Она их ненавидит. Однажды она проглотила лобковый волос, это вызвало рвотный рефлекс, поэтому ее вывернуло прямо на член парня. А затем он начал блевать, потому что ему дурно от вида рвоты, и сразу после этого они расстались.