— Галя переживает, сын уже несколько дней ей не отвечает. Тебе она звонить не хочет, чтобы не нарваться на очередную грубость.
Тете Гале не подходит роль жертвы. На грубость она постоянно нарывалась, просто раньше я себя сдерживала.
— Мама, поздно меня воспитывать. Если бы вы дружно не лезли в мою жизнь, я бы не грубила.
В телефонной трубке повисла пауза. Мама после моего выпада опасалась спрашивать о бывшем зяте. Мысленно пожелав себе терпения, я выдала:
— Он в больнице, — раздается испуганный вскрик мамы, который я игнорирую и продолжаю: — Женя напился, и его задержал полицейский патруль, — Егора я вмешивать не хочу, но Женя молчать не станет, как только представится возможность рассказать подробности — расскажет, еще и приукрасит.
— Какой ужас! — мамин голос набирает обороты, звучит на пару октав выше. — Рада, неужели ты веришь полиции? Скорее всего, это они его избили. Ты написала заявление в прокуратуру? — строгим тоном.
— Что?! — мама продолжает верить, что Женя божий одуванчик. Это моя вина. Я никогда не выносила сор из избы. Скорее всего, потому что знала: на мою сторону они не встанут. — Ты сейчас серьезно? Я и шагу никуда не сделаю. С чего вдруг я пойду заявление писать? Он мне чужой человек! — я начала выходить из себя, тоже повысила голос
— Рада, не хотела тебя расстраивать, извини, — мама попыталась снизить градус напряжения. — Не заводись. Расскажи, как себя чувствует Женя. Что именно с ним сделали эти нелюди? Позвоню Гале, надо ее будет хоть как-то успокоить.
— Я понятия не имею, как себя чувствует Женя. У него переломы и ушибы. Жить будет, но пару месяцев с болью, — сухо проинформировала.
Вновь повисает тишина в трубке. Умеет мама заставить чувствовать себя виноватой.
— Рада, дай нам адрес больницы и номер палаты, я сейчас запишу. Мы с Галей и Виктором, наверное, приедем проведать Женю, — делает упор на последних словах. — Можно ненадолго у тебя остановиться? Гостиницы дорогие…
Я просто теряюсь.
— С внуком хоть повожусь, — продолжает она.
— Мама, я не знаю, в какой больнице лежит Женя, но могу выяснить, — Егор мне так и не сказал, где лежит бывший муж, а я не стала обзванивать больницы.
— Ты к нему не ходила? — с нескрываемым обвинением в голосе.
— Нет, и не собираюсь. Он бывший муж, бывший, пойми уже! Остановиться у меня не получится.