Безутешные матери и жены разыскивали их при помощи экстрасенсов. Всем пропавшим на момент исчезновения улыбалась удача, и все они останавливались на ночлег у местных жителей.
В столице было спокойней. Лешик приходил в сумерках в старомосковский дом, предназначенный к сносу, и брал все, что глупые жильцы, не понимавшие, чем владеют, бросали в оставленных квартирах. Каждый раз это оказывались разные вещи: бронзовые дверные ручки, латунные шпингалеты, дубовые резные плинтусы. В одних апартаментах он демонтировал наборный паркет, в других разобрал по изразцам старинный камин, в третьих обнаружил на опустошенных антресолях дивную керосиновую лампу конца девятнадцатого века, в четвертых осталось темное, древнее зеркало.
Конечно, Лешке сильно помог тот факт, что Надя работала оценщицей. В салон стекались любители антиквариата, готовые отдать за вожделенную бронзовую ручку или дверной молоток бешеные деньги. Вот Лешка и старался изо всех сил. Он начал отлично зарабатывать и даже купил Надьке шубу.
ГЛАВА 23
Был у Лешки один клиент, страстный, патологический коллекционер с замечательно подходящей ему фамилией Сундуков. Марлен Ефимович обожал старину, и его квартира походила на отделение салона. Воздуха в комнате не хватало, а на полу не было даже сантиметра свободного пространства, все было завешано и заставлено. Одним словом, нора Плюшкина. Хотя подобное сравнение было неверным.