Соответственно, на неё мы попадём только после того, как выполним свои обязательства перед вашим народом.
Я занервничала, стыкуя в голове обрывки фраз асура и его согласие обменять меня на брата.
«Что-то тут нечисто! И вообще… мне не нравится такой расклад. Считайте меня неблагодарной, но на подкожном уровне эти даркийцы не нравились. Какие-то странные ребята. Летали мимо всё время, а тут решили в гости наведаться. И как удобно, что Земля решила сама себя обнулить до заводских настроек…»
Я заметила, как пристально асур, имя которого кстати пока неизвестно, смотрит на меня.
Генерал даркийцев мягко улыбнулся, сбивая меня на первом же куплете детской песенки «Антошка». Мужчину даже его огромный шрам на полщеки перестал портить. И вообще! Я вдруг поняла, что асур слишком молод для генерала.
У нас этот воинский чин получали уже в хорошем таком возрасте.
Видимо, передо мной стояло исключение… либо на Сирионе всё не так спокойно. Возможно, война. А что? Целей своего «мимо пролетали» эти воины так и не назвали! Плюс – ну, не верю я, что мирные расы ходят в таком обмундировании, с мечами и кинжалами за поясом, в стальной броне!
«Тили-тили… трали-вали…»
Улыбку асура испортила другая эмоция, сильно смахивающая на раздражение.
– На этом пока всё. Отдыхайте. Если у вас будут какие-то вопросы – назовите любому даркийцу моё звание. Я сразу откликнусь… через даркийца.
«Ничего себе! Он ещё и внедряться может?! Не хватало! Парам-пам-пам…»
На меня глянули с насмешкой.
Пришёл мой черёд морщить нос.
– Сегодня наслаждайтесь полётом, а завтра мы начнём подготовку к вашему переселению. Вам необходимо изучить языки того мира, куда вы будете. Впрочем, языки – это лишь малая часть того, что предстоит вам узнать о новом доме.
«Тут всё логично».
Видимо так посчитали все, потому что народ начал подниматься с мест и расходиться. Я тоже не стала задерживаться.
Комаров догнал меня почти на выходе из учебного сектора.
– Громова…
– Что?
– Так жалко, что у нас разные планеты. Я думал… блин…
Я с удивлением посмотрела на парня.
Комаров поймал мой взгляд и стушевался, сильно покраснев до розовых щёк.