Сбор денег, как, собственно, и ресторан, будет только после того, как мы реально распишемся. Если нет, то ипотека и никаких конвертов.
— Ты мне ставишь ультиматум?
— Нет, это компромисс, Поля. Да и какая разница, если для всех мы женаты, кстати, с твоей подачи. Не вижу сложностей, это минутное дело.
— Прям таки минутное.
— Один звонок и минутное.
— Ну да, папа с мамой так же расписались. Ладно, — шумный вдох и не менее шумный выдох. — Знаешь, я, пожалуй, хочу есть. Шоколадную колбасу так и не удалось попробовать.
— А как же пиво и янтарная рыбка?
— Не смешно, Сережа.
— А я и не смеюсь. Я же не просто так ездил в магазин, — встаю с кровати и достаю из пакета пиво, рыбу и влажные салфетки. — Нефильтрованное, безалкогольное. Четверть баночки точно можно, ну и рыбы тоже немного, там до хрена соли, тебе все же нельзя.
— Ты сумасшедший, — усмехаясь в голос, выдает Полина. — Но что-то в этом есть. Спасибо.
— Романтика.
— Фу, ну давай без соплежуйства. Рыба вонючая, какая тут, блин, романтика.
— Какая ты все-таки противная девчонка.
— Ну я бы так уже не сказала, — разрывая пакет с рыбой, уверенно произносит Полина. — Девочки уже нет. Скоро будет мать, но точно не яжмать. Ну что ты делаешь? — одергивает мою руку, как только я подношу банку ко рту. — Протри горлышко влажной салфеткой.
— Надеюсь, беременность и роды вылечат тебя.
— От чего?
— От всего.
— Протирай.
— Господи, какая ж ты зануда.
— Не Господи, протирай давай. Нам вместе пить с нее. Протирай, Сережа, — настойчиво повторяет Полина.
— Протираю.
Эпилог
Два с половиной года спустя
Играть в игру под названием: «кто кого пересмотрит», с каждым днем становится все труднее и труднее. Суть проста — тот, кто первым скажет любое слово или улыбнется, тот и проиграл, а значит и выполняет какое-нибудь задание. Мы с Сережей прекрасно изучили друг друга, стало быть, знаем на что можно давить. Я неравнодушна к его подмигиваниям, почему-то они у меня вызывают неконтролируемый смех, особенно, когда при этом он еще и имитирует поцелуи «пельменными губами инстаграмщиц».