Просто прошлась белой перчаткой по всем поверхностям, указав на пыль. И от СЭС их спасла я, просто потому что встала в позу. Я ее привела туда не для того, чтобы поесть мороженое и найти недостатки. Она ведь даже не понимает этого. И вообще меня никто не понимает. Я ведь просто хочу, чтобы у нее все было хорошо.
— Ксюш, успокойся, выпей водички и просто попытайся посмотреть на все это в другом свете.
— Каком?
— В лучшем. Всему свое время.
— Какое к черту время? Вы просто все не хотите признавать очевидных вещей, особенно твой папа, но сколько бы кто ни шутил, это все может плохо закончиться.
— Нет, Ксюша, все мои слова она воспримет только в штыки. К тому же, я не считаю, что с ней надо проводить такие беседы.
"— Ну какое время?! В двадцать еще можно хоть немного под кого-то подстроиться и скорректировать свои принципы и желания. В тридцать — это нереально. Она уже сейчас бесчувственный сухарь, ты думаешь в тридцать пять к ней выстроится очередь из мужчин, желающих ее полюбить?! Да вы что все издеваетесь надо мной?! Я не хочу, чтобы она осталась одна. Не хочу! Хочу, чтобы она влюбилась и жила как все нормальные девочки. А она этого не сделает со своими долбаными стремлениями и принципами! — не знаю, что меня больше проняло — звук разбитого стекла или второй раз за день «сухарь»?! Это сговор что ли?! — Она даже говорить со мной не хочет, хотя я из кожи вон лезу, чтобы быть с ней тактичной.
— Ксюш, ну не говори ты глупостей. Она закрывается только потому что ожидает от тебя разговора, который ей заведомо неприятен. Обычная защитная реакция — любым способом этого избежать. Прекрати с ней говорить на все эти темы.
— А ты думаешь твой папуля-хитрожоп с кем-нибудь ее познакомит? Да прям. Он только обещает, а на деле ничего.
— Ну и хорошо, что не знакомит.