И она каждую секунду боялась разоблачения, ругая себя на чем свет, что встала на скользкий путь вранья.
– Произошедшее наглядно демонстрирует, что Дра’Мор, как и Эльхайм, не в состоянии контролировать вверенных им студентов, – менторским тоном произнес дознаватель. Его взгляд переместился на Флоранцию. – Как вы могли помыслить о том, чтобы заключить такую непотребную сделку?! Магистресса, я вынесу этот вопрос на рассмотрение, так и знайте.
– Валяйте, лорд Триград, – отозвалась она. – Но прежде развяжите нам руки.
– Еще один? – Его лицо стало жестким, в глазах сверкнули искры гнева. – Я уполномочен заявить от имени всей Ложи, что позиция дознавателей не менялась и не изменится: Крэйл Шаэдис должен находиться в Норсготе. Почему никто не видит очевидного? Стоило появиться подходящей жертве, как шанатар взялся за дело.
О чем тут еще думать? Сумасшедший шанатар и нильфешни в одних стенах – все очевидно!
Нильфешни? Марори это слово было знакомо и незнакомо одновременно. Она попыталась сосредоточиться, напрячь память, но спор высокопоставленных чинуш оттягивал на себя ее внимание. Как-никак, решалась ее собственная судьба. Причем решалась каким-то непонятным кардинальным способом.
– Оставьте мальчика в покое, – вступился вампир в маске.
– Именно так, Заглор, будь моя воля. – Дознаватель побагровел от злости.
– Мы имели удовольствие лицезреть и слышать вашу волю, – вклинилась дриада и в который раз с шумом высморкалась.
– Вопрос с Крэйлом улажен, – всем сразу ответила Магистресса, – он понес заслуженное наказание, и, насколько мне известно, ни у кого из собравшихся нет повода упрекнуть его в попытке уклониться от него.