Мы догнали Настёну в тот момент, когда она, высоко подняв ручки, пыталась поймать пузырь. Их, видимо, надувал кто-то из спрятавшихся за деревом родителей парнишки, что принялся бегать кругом нашей дочери, хохоча и взвизгивая от удовольствия.
Я тоже не удержалась и радостно рассмеялась, когда Ян попытался поймать пузырь, но тот лопнул и мужа забрызгало мыльной водой. Правда, мой смех быстро исчез, когда из-за ствола дерева, росшего метрах в трёх от нас, вышел Марк Ромин собственной персоной.
Инстинктивно схватив дочь за руку, я принялась пятиться.
- Стой… Стой, Арин! Я один, - окликнул меня Марк, видимо, поняв, кого именно я опасаюсь увидеть.
Я приостановилась, но ладошки Насти, жалобно захныкавшей оттого, что её лишили развлечения, не выпустила.
- Я один. - Ромин поднял руки, в одной из которых был зажат флакончик с мыльными пузырями. - Её нет. - Он сделал рваный вдох и добавил: - Нет уже больше полугода.
Я невольно округлила глаза. Марк намекал на то, что Вика… умерла? Хотя, какое там намекал? Говорил открытым текстом, но, видимо, максимально осторожно, чтобы не понял сын Плюсновой.
Я перевела взгляд на парнишку. Он стоял, хмуря бровки и смотрел на Настю. Я помедлила немного, но руку дочери всё же отпустила.
- Саш, идите на площадку. Там в песочнице поиграете, - мягко сказал Марк, обращаясь к сыну, но глядя на мою реакцию.
Парнишка подошёл к Насте и, взяв её за руку, проговорил:
- Падём.
После чего оба удалились в ту сторону, где в песочнице возились другие дети. Я осталась стоять на месте только потому, что площадка находилась в пяти шагах от нас, следовательно, волноваться было не о чем.
- Неожиданная встреча, - озвучил Марк, убирая упаковку пузырей в карман. - По правде, и не думал, что когда-то увидимся.
- Я тоже, - кивнул Ян. - Хотя, если у тебя такие новости, странно, что ты о них нам не рассказал, - мрачно проговорил Серебров, намекая на то, что поведал Ромин ранее.
"- А смысла не было. Она ушла. Её больше нет. - Он пожал плечами и пояснил: - В клинике не доглядели. Там условия не слишком жёсткие были, да и Вика вроде шла на поправку. А в один непрекрасный день забралась на крышу и… всё.
Я машинально поёжилась. Прошлое вновь коснулось нас, пусть и едва заметным дыханием оттуда, откуда не возвращаются.
- А ребёнок? Это же её сын? - уточнила я, глядя на то, как Саша и Настя лепят куличики.
- Теперь мой.