— Только решу вопрос с медсестрой, чтобы мне разрешили задержаться до утра.
26 глава
Вроде делился тем, что никогда и никому не рассказывал, я, а сильнейшим эмоциональным штормом накрывает Яну. Она с такой силой прижимается ко мне, когда возвращаюсь, уладив формальности с персоналом отделения, что едва могу устоять на ногах.
— Ну ты чего? — Глажу Яну по спине, чувствуя, как она дрожит. — Обещала не плакать, помнишь?
Она громко угукает.
— Давай обнулим это обещание? — предлагаю я. — Если хочется плакать, поплачь.
— Не хочу, — отзывается Яна тихо. — Лишь боюсь, что с Алиной... — Она осекается и резко отшатывается от меня, тяжело вздыхает. — Тебя еще одна потеря окончательно сломает, я тоже не справлюсь со своей болью, и в итоге будет три загубленных жизни. Я ведь с детства к тебе неравнодушна, но поняла это, когда мы стали близки. И напряжение, копившееся между нами... Я столько думала о наших отношениях, о нас с тобой. Каждый день! Но даже представить не могла, что ты давно испытывал ко мне влечение…"
"Я замираю, не делая попыток приблизиться и снова заключить Яну в объятия.
— Хотя ты прав… — Яну начинает трясти сильнее, она тяжело сглатывает. — Кое-что хочется сделать. Но не заплакать, нет...
Не сразу осознаю, что получил пощечину.
— Ты заслужил! — бросает она мне в лицо.
В зеленых глазах бушует пламя. Такая Яна красивая, когда злится.
— За то, что изводил меня в детстве, а сам при этом хотел сблизиться. Я вообще-то страдала. Причем очень сильно!
Через мгновение получаю еще одну пощечину.
— А это за то, что сразу не рассказал правду про Натали и ваши отношения.
— Ну давай, — умудряюсь я потребовать.
— Это ты сейчас меня провоцируешь? — прищуривается Яна. — Или намекаешь, что ничего серьезного не планировал?
— Прямо говорю, что больше возможности меня ударить не будет.
Яна останавливается на двух пощечинах.