Борис Михайлович кивком головы поприветствовал меня, но останавливаться не стал, так как нам показали рукой на кабинет. Доложились о прибытии.
Сталин чем-то недоволен, еще не отошел от предыдущей встречи. Но сделал над собой усилие, встал и подошел к Сакриеру. Первым протянул руку и поздравил его с окончанием испытаний. Иван Филимонович хорошо подготовился к встрече, тут же показал Сталину, что графитовый шар может резать стекло, которое он принес собой. Одним движением он поцарапал, затем разломил его пополам.
– С какими сложностями пришлось столкнуться, товарищ Сакриер?
– Сложная форма переменной кривизны из очень прочного материала, которую пришлось создавать новыми для нашей промышленности методами порошковой металлургии, с двухсторонним прессованием, а затем подбирать вес, место расположения и форму заряда ВВ и наполнителя.
– Это хорошо, товарищ Сакриер, что вы теперь знаете узкие места этой работы. Товарищи, когда вы планируете передать этот опыт промышленности?
– Неразрывную форму мы изготовили, и этот образец выполнен в ней.
– Я получил такие указания от руководства ПГУ. Вот приказ генерального комиссара НКВД. В нем говорится, что все работы будут замкнуты на это ведомство. Строительство завода запланировано на будущий финансовый год, но к проектированию не приступали, ожидая результатов работы НИИ-4.
Ответ Сталину не очень понравился. Слишком многое взял на себя НКВД, а искусственные алмазы необходимы именно промышленности.
– Ви сами, товарищ Никифоров, как считаете: где должны производиться новые абразивные материалы?
– Только на военном производстве. В этом отношении я полностью поддерживаю решение наркома НКВД. Или необходимо создавать новый наркомат, что пока несколько преждевременно. Он появится сам, вырастет из ПГУ. Со своим уровнем доступа.