Но виной несхода со стола были не «хлопки» двигателя, а разъем штекера пяточного контакта, который сделали еще в Германии, который в результате вибраций размыкался и срывал предстартовую подготовку ракет после команды «зажигание». Вся переделка заняла всего один день, и «пакетная» ракета успешно стартовала, показав дальность в 820 километров. Пересчитав полученный результат, Королев и Глушко подошли ко мне и показали будущую «семерку». А шел 1944 год, апрель месяц. Дескать, давайте рискнем!
– Вы для чего сейчас испытывали пакет?
– Чтобы убедиться, что все работает.
– Не совсем так, чтобы вы поняли, что обеспечить одновременный пуск всех двигателей даже в одном пакете очень сложно, а вы приносите проект, в котором камер уже двадцать, плюс подруливающие. Требуется переход на другое топливо, самовоспламеняющееся. Или установка химического поджига смеси.
– Как это?
– Ну, например, вот так: на выходе установить емкость с самовоспламеняющимся горючим, которое продавливается в камеру основным.
– Зачем менять отработанную технологию? – спросил Глушко. – Вот взгляните, это новая форкамера, по моим прикидкам, с ней мы получим 60 тонн тяги.
Он протянул схему разработанной и испытанной камеры. Это для будущего рд-103 и 105.
– Прекрасно, но пара керосин-кислород гораздо более энергоемкая и дешевле. А имеющаяся у вас камера ее не выдержит. Расплавится. Если вы работаете с жидкостями, то облицуйте изнутри камеру сгорания медью, тонким слоем, и сделайте оребрение внутренней части внешней рубашки.
– В общем, пробуйте, и сразу на высококипящих и на паре керосин-кислород. Иначе все ракетные войска споите, – улыбнулся я.
Шутку поняли, но, кажется, не оценили. Посыпались вопросы: почему бы им не воспользоваться металлокерамическими соплами, которые используем мы для своих ракет.