Игрок мог часами ходить вдоль разномастных лавок и лотков, разглядывая диковинные товары.
Он часто стал приходить и проводить множество часов на базаре. У местных для рынка имелось какое-то сложное название, но для человеческого языка оно было непроизносимым.
Сегодня он не стал далеко уходить, просто высматривая интересные вещицы. Примерно через пол чеса неожиданно пришло сообщение от леди Эрли.
Эрли Нактергал: Отправляйся к лавке того толстяка, что торгует рабами. Сегодня там будет интересно.
Арт: Зачем? Для меня есть какое-то задание?
Эрли Нактергал: Возможно
Пожав плечами, он не стал спорить и повернул в нужном направлении.
Правда, оно распространялось (за очень редким исключением) только на смертных существ. Неволить трансцендентных было просто самоубийственной глупостью, хотя желающие вроде как периодически находились.
Легко протиснувшись сквозь толпу, он с любопытством оглядел открывшуюся картину. Надо признаться, сама концепция продажи живых разумных существ, несмотря на ожесточившееся и изменившееся сознание, здорово волновала его. С одной стороны, это считалось неприемлемым и осуждалось в прошлой жизни. С другой — возможность владения другим разумным будто вещью, контроль над чужой жизнью, затрагивала какие-то потаенные закоулки личности.
С большим интересом игрок начал разглядывать живой товар.
Глава 4
Как вообще можно представить невольничий рынок в мире фэнтези? В голову сами собой приходили деревянный помост с обнаженными связанными эльфийками и толпа людей, торгующихся за них.
В реальности всё, как всегда, разнилось, начиная с первых же деталей. Помоста не было, потому что дерево в Городе Беглецов было очень дорогим отделочным материалом.
Грудастые эльфийки тоже как-то не появились, хотя самки различных ксеносов присутствовали.
"Например, для артефактора-зачарователя нужны заготовки. Опытный мастер не будет распылять свои силы на их изготовление. Раб, обладающий хорошим опытом по их производству, будет стоить в сотни раз дороже, чем самая шикарная эльфийка.