Колода «Флирта», та самая, и сейчас лежит на столе. — Адвокат взял её в руку — так давайте прочтём, что же сообщали друг другу игроки.
В зале стало тихо и было слышно, как в бассейне плескались золотые карпы. Ардашев взял карту и прочёл:
— Ландыш: «Вы сегодня адски милы», левкой: «Не торопись, мой верный друг», гвоздика: «Я влюблён, влюблён, как мальчик», герань: «Ой, милый, тебя хочу я. Сил больше нет сдержать мне страсть», колокольчик: «Вы завладели моим сердцем», калла: «Зачем так тонко, так хитро всю душу взволновали? Безжалостно зажгли огнём своих речей!», роза: «Оставьте, право, эту мысль», гинура: «Соперник будет мёртв.
— Какой стыд, — Краснопеев вытер носовым платком пот со лба и окинул супругу недовольным взглядом.
Шилохвостов кашлянул и сказал:"
"— Простите, Клим Пантелеевич, но для чего вы нам эти карты читаете? Это же игра. И какое отношение сии изречения имеют к убийству?
— На первый взгляд — никакого, если бы не одно но. Тот, кто упомянул гинуру, сначала оговорился и вместо «гинуры» сказал «генурис», а это название палестинского скорпиона, того самого, который и укусил покойного.
— Браво-браво, — захлопал в ладоши заведующий ломбардом. — Метод, достойный быть упомянутым в уголовных романах, но не в реальной жизни.
— Возможно, вы и правы, господин Сафронов. Скажите, вы страдаете сердечными припадками? Мучает ли вас грудная жаба? Храпите ли вы по ночам?
— Ну уж… Это вас не касается. Устроили тут не пойми что…
— Как хотите, можете и не отвечать. Здесь находится ваш личный врач — доктор Нижегородцев. И я попрошу его назвать господам полицейским те лекарства, которые он вам прописал.
Сафронов пожал плечами и ответил:
— Хорошо. Только я в этих сигнатурах не разбираюсь, — он повернулся к жене. — Лапушка, скажи им.
— Доктор Нижегородцев прописал инъекции строфантина три раза в неделю, а в другие дни муж принимает на ночь бромистый калий для успокоения, — ангельским голоском пропела актриса.