Оба понимаем, что трахаться в гараже, когда в доме столько гостей — не вариант. Придётся довольствоваться спальней и ванной. А ведь мы ещё до бильярдной и бассейна не добрались! Хочется провести вечер в гостиной у камина на ворсистом ковре. Пошалить на кухне и в кабинете. Боже, столько возможностей нам пока не доступно. Поэтому мой любимый мужчина организовал поездку в Рим. Всего на сутки. Но этих суток нам хватило, чтобы насладиться друг другом после напряженных нелёгких дней. Последние недели у нас действительно выдались непростыми и насыщенными.
Как только всё утряслось с Лизой, случился обморок у бабушки Любы.
Реакция, конечно же, ожидаемая. Не каждый день к ней заявляются в гости «покойные» невестки, да ещё и с двумя готовыми внуками на руках. Учитывая тот факт, что старший сын с женой действительно погибли в автокатастрофе — моё воскрешение прошлось по ней катком. В тот день я сгорала от чувства вины и рыдала вместе с ней до глубокой ночи. Даже Русу было не под силу нас обеих успокоить.
У главы семьи Исаевых психика оказалась чуть покрепче, но после того, как дед взял на руки внуков и прижался к их макушкам губами, ему пришлось колоть успокоительное. Я снова увидела как плачут мужчины. Их слезы всегда трогают, ведь это случается так редко. На пике эмоций. Когда душа сворачивается в нервный комок от сильнейших переживаний.
«— Господи, ангелочки наши… Сынок? Маша? Как же так? Как же это? Янусичек, Ярочка…» — шептали они целый вечер, не отходя ни на минуту от наших детей.
"Просто взглянула на его подарок и едва не осела на пол…
В футляре под изящными серьгами обнаружила документ: завещание на половину имущества Астафьева после его кончины. Меня, будто током прошило. Чтобы выяснить, зачем он это сделал, я сразу же его набрала.
Гера всегда мне отвечал. Не было такого раза, когда бы он не отчитался за мои пропущенные звонки. Мне пришлось прижать Руслана к стенке и вытащить из него правду. От мужа я узнала, что Астафьев уехал в Германию на обследование. Целую неделю я не могла найти себе места. Волновалась, отчего молока стало ещё меньше. А потом вдруг раздался долгожданный звонок.