— Да где ж искать-то, заложницу вашу, — недовольно пробурчал Гуськов понуро побрёл в сторону стоящего в дальнем углу старого ржавого трактора, и когда уже подходил к нему, под ногой раздался звук, будто он наступил на металлическую бочку.
Я тут же подскочил к нему, сгрёб ногой сено и увидел крышку люка. Обернулся на каменщиков и по их испуганным лицам понял, что мы оказались на верном пути.
— Поднимай, — скомандовал я Гуськову.
Тот кивнул, наклонился, схватился за металлическое кольцо, вмонтированное в крышку, и потянул наверх.
Люк подался, открывая под собой яму с уходящими вниз ступенями.
— А ну-ка! — кивнул я Гуськову.
— Что? — не понял он.
— Руки вверх!
— А?
Я одним движением раскрыл кобуру и выхватил его Макаров.
— Смотри-ка! — подмигнул я. — А говорили, с огурцом ходишь.
— Э, ну-ка, ну-ка, ты хорош балдеть! Оружие давай-ка обратно!
— Отдам, не волнуйся. Поиграю и отдам! Пошли за мной.
Я спрыгнул вниз и спустился по лесенке, пригнул голову и вошёл в ход с низким потолком. Поскольку было темно, я касался рукой прохладной кирпичной стены.
Мы оказались в небольшом проходе, ведущем под стену гаража. Он был коротким и служил когда-то для загрузки каких-то грузов с внешней стороны. Мы дошли до конца, и на потолке обнаружили ещё один металлический люк.
Потолок был невысоким, и я вытянул руку, чуть надавил, и люк подался, открылся. Он находился с той стороны, где стена полностью заросла кустарником.
— Твою мать! — пробормотал Гуськов. — Полезли что ли?
— Я полез, а ты доложи Весёлкину.
Я выбрался наружу, встал, выпрямился и… в глубине за кустами мне показалось, будто мелькнуло платье, возможно то самое, что было на фотографии.
Я снял пушку с предохранителя, передёрнул затвор и тихонько двинул по тропе. Не хотелось кричать, подзывая бойцов, и не хотелось терять время. Сейчас они все равно догонят, так что лучше было иметь временное преимущество.