Затем девушка-администратор ушла в отпуск. Виктория Фёдоровна не успевала и попросила ненадолго встать на ресепшен. Так и стою уже почти две недели.
Работа оказалась интересной. Много людей, общение, тренировка языка. Читать на английском я могу, а вот говорить... навык не отточен. Частенько лезу в словарь или попадаю в каверзные ситуации, чем веселю персонал.
Оформив гостей, рассказываю им о завтраках. Дверь вновь хлопает. Вечер, а поток туристов продолжается. Я быстро вскидываю глаза и... не верю им.
Не верю ни в какую! Он ведь сказал, что не получится приехать.
Артём по-хозяйски уверенно заходит в фойе, в одной его руке — огромный букет цветов, в другой, как обычно, телефон. С кем-то говорит, хмурится. Я же смотрю на него и не могу наглядеться. Сердце сжимается, а потом взрывается гранатой, разбивая ледяную броню вдребезги и наполняя теплом.
Я капец как соскучилась!
— Минуту, пожалуйста, — прошу сбивчиво. Сжимаю ладони. — Пожалуйста, одну минуточку.
Делаю рывок в сторону, но Эля загородила выход из-за стойки, сканирует, что-то там заедает у нее.
Артём смотрит на меня, слегка улыбается. Глаза блестят азартом. Он поднимает букет выше. Вот гад! Утром же по телефону сказал, что до Нового года увидеться не выйдет. Я чуть не расплакалась.
Опираюсь на стойку, подтягиваюсь, ловко перепрыгиваю и несусь к нему.
Истомин хохочет. Раскрывает объятия, я прыгаю и крепко обнимаю его за шею. Артём подхватывает, фиксирует и специально, словно издеваясь, кружит, как в романтической комедии.
Я вдыхаю аромат его туалетной воды и блаженно закрываю глаза.
— Ты сгоришь в аду за вранье, — шепчу угрожающе.
— Только за это? — Артём делает вид, что изумляется.
Привычно вскидывает брови, и меня разрывает от любви и нежности! Так сильно он нравится.
Артём подносит телефон к уху, второй рукой все еще крепко держит и букет, и меня.
— Позже наберу, сейчас неудобно. — Смотрит в упор.
Сердце глухо колотится. Он прерывает разговор из-за меня. Расставляет приоритеты.
Убирает мобильный в карман.
— Мне нужно доработать, — выпаливаю. — Виктория Фёдоровна оставила за старшую, сама уехала по делам.
— Недели не прошло, а она уже старшая, — делано закатывает глаза Артём. — Если бы я приехал через месяц, ты бы уже куда-то баллотировалась?
Показываю язык. Истомин просто обожает меня подкалывать! И за оценки, и за любые другие успехи. Хвалит, хвалит, хвалит. Я к такому не привыкла. Поначалу вообще думала, что он издевается.
Но нет, ничего подобного. Искренне.