Ксения регулярно ходила на осмотры и вдруг пропадает. Нигде не ведет беременность, рожает непонятно где и приходит исправно через сорок дней на послеродовой осмотр.
Какого черта?!
– А они точно прислали тебе всю карточку?
– Сомнений нет. В беременность Ксения нигде не наблюдалась.
– Бред какой-то…
Хватаюсь за голову, чувствуя, как начинает тянуть низ живота и поясницу. Расхаживаю по кабинету туда – сюда.
– Ника, успокойся. Сядь.
Я вцепляюсь в край стола, продыхивая схваткообразную боль внизу живота. Она нарастает, но я отталкиваю ее на второй план.
– Здесь что-то не так…
– Брось. Ты сейчас ищешь проблему там, где ее нет. В моей практике знаешь сколько было тех, кто не признавал врачей и считал, что лучше знает, как и где им рожать? Кто предпочитал роды дома, в своей постели с доулой или простой акушеркой? До хрена и больше! Может, и Ксения из их числа, а ты поднимаешь панику? Твоя паранойя сожрала тебя!
Вдыхаю и выдыхаю. Закусываю губу.
– Понимаешь, Карин, я чувствую…Она сколько там? Пять лет? Или шесть регулярно ходила к гинекологу, а потом раз! И перестала на время беременности! Значит, она пряталась, уезжала…вопрос – зачем? – кривлюсь от нового приступа боли.
– Ник…
– Тем более, – продолжаю, борясь с паническими мыслями о характере моей боли, – ты не хуже меня знаешь, сколько стоят роды дома с доулой. Ксения не похожа на ту, которая может себе их позволить…
– Здесь соглашусь…Но в ее карте нет ничего криминального, Ник…
– Спасибо большое за помощь, Карин. Я пойду…
– Ник, у тебя все в порядке? – летит мне в спину, но я не останавливаюсь, пытаясь доползти до ближайшей уборной.
Боль нарастает. Терпеть ее становится невыносимо. Влетаю в уборную и запираюсь в кабинку. Выдыхая болезненный стон, снимаю брюки вместе с нижним бельем.
Закусив губу и сдерживая рвущийся наружу стон, сползаю по двери, роняя лицо в ладони.
Моя мечта только что разбилась вдребезги с приходом цикла. Как все эти девять лет. Месяц за месяцем…
Эта новость добивает меня. Закусываю ладонь, чтобы не заорать в голос…
Глава 17
Роман
– Доброе утро, Роман Львович, – секретарь подскакивает на ноги, как выдрессированная, стоит мне появиться в приемной.
Мажу по ней взглядом, киваю на ходу и бросаю:
– Доброе, Оля. Да, через десять минут занеси, пожалуйста.
Захожу в кабинет и бросаю портфель на стул у стола.