Отправив оперов опрашивать соседей последней погибшей девушки, всю первую половину дня Саша занимался заполнением отчетности, которую Шведову необходимо будет предоставить на завтрашнем совещании в Управлении. Опера вернулись только после полудня, еще около часа ушло на оперативное совещание. Впрочем, ничего нового они не узнали — как всегда, никто ничего не видел, не слышал. Хозяйка квартиры толком не располагала сведениями о своей квартирантке — жилье она снимала с конца прошлого года, платила исправно, соседи не жаловались.
— В общем, никаких ниточек, — вздохнул Влад и посмотрел на Степнова. — Что будем делать? — Ждать, — помолчав, ответил Саша.
— Ждать? — с недоумением переспросил опер Дима, сидевший по другой край стола. — Чего именно? — Новую жертву, — невесело усмехнулся Степнов, глядя за окно на зарядивший дождь."
"— И, что, мы просто будем сидеть и ждать, пока грохнут еще какую-нибудь танцовщицу? — поморщился Влад.
— Первое убийство произошло в начале июня, второе — примерно в конце июля.
Возможно, нас уже ждет сюрприз в виде очередной находки, — задумчиво произнес Саша и, помолчав, добавил: — Если бы мы знали, когда и в каком клубе он появится вновь. Нам остается лишь надеяться на то, что кто-нибудь узнает его по фотороботу, который мы оставляли в клубах. А еще нужно прокатиться по району, поспрашивать наших наркош, может, они узнают его.
Саша помолчал, глядя на снимок, лежащий перед ним на столе. Восточный разрез глаз, насмешливый взгляд… Где-то уже видел этот взгляд…
— Кто же ты?
* * *Высидеть целый день за компьютером оказалось не так-то просто, как думала Юля. За время ее отсутствия рабочая папка наполнилась рапортами на выплату материальной помощи к отпускам, а также приказами из кадровой службы о тех, кто был за этот месяц на больничном.
На обеде она выкроила минутку, чтобы спуститься в столовую вместе с девчонками и заставила себя съесть хотя бы салат. На протяжении дня Юля старалась держать телефон при себе на случай звонка Степнова. Но, как ни странно, за весь день он не позвонил ни разу, что больше настораживало.