— С ума сошел?! — девушка смотрела на него широко распахнутыми глазами, полными недоумения и страха. Что он собрался делать?! Она невольно попятилась назад и тут же снова оказалась притянутой его крепкими руками обратно.
Одной рукой обнимая девушку за талию и не давая ей отстраниться, другой он уверенным движением спустил вниз одну сторону верха ночнушки. Юля обеими руками упиралась ему в плечи, изо всех сил пытаясь высвободиться из его хватки.
— Саша! — от бессилия из ее глаз покатились слезы.
— Я хочу помочь. Не бойся.
Не обращая внимания ни на ее слезы, ни на тщетные попытки вырваться, рукой он обхватил грудь и осторожно дотронулся губами до напрягшегося соска. Юле показалось, что она просто потеряет сознание — от страха и непонимания того, что он делает, от стыда, что он видит ее такой и от жуткой боли, резью отдающей внутри при каждом касании его руки или движении губ. Понимая, что сопротивление бесполезно, она лишь вцепилась рукой в спинку стула и до крови закусила губу.
Мягкими и массирующими движениями рукой Саша помогал себе, чувствуя, как каменная поначалу грудь смягчается, а поток молозива становится обильнее.
Наконец, и вторая грудь стала заметно мягче, зато в штанах становилось все теснее. Пора было остановиться, а еще лучше принять холодный душ. Резко отстранившись, Саша взглянул на нее затуманенным взглядом, затем быстро поднялся и вышел из кухни. В ванной зашумела вода.
Юля продолжала стоять на том же месте, по-прежнему сжимая рукой спинку стула и глотая соленые слезы. Как-то это было неожиданно все.
Под утро Юля с умилением смотрела на малыша, который жадно приложился к груди, дотрагиваясь до нее своими крохотными пальчиками, и вскоре закрыл глазки, медленно погружаясь в сон.
Оказалось, выносить и родить не самое сложное, самое трудное еще впереди, и не будь Саши рядом, Юля не представляла, что было бы. Она столького не знает, не умеет.