Стал рассуждать, что берегиням в наше время делать нечего, потому что существует, мол, трон. И даже хорошо, что никто не знает, где он, потому что Спящего Красавца-то уже вычислили.
– И что, Медузия купилась? – спросила Таня.
Баб-Ягун надулся от гордости.
– А то! Видела бы ты, что с ней сделалось! У нее даже волосы зашипели! Она сказала, что берегини еще очень даже пригодятся, и очень скоро. Поставила мне «пять» и катапультировала заклинанием за дверь… Хорошо еще, открыть ее не забыла.
– Почему берегини пригодятся? Что она имела в виду? – не понял Ванька.
– А я откуда знаю? Что я, глупый, Горгонову подзеркаливать – она меня вмиг прихлопнет. Только и останутся, что шнурки на память бабусе…
Внезапно на лице у Ягуна отразилась какая-то мысль. Даже не мысль, а… в общем, что-то эдакое. Он схватился за живот и, глупо улыбаясь, попятился.
– Ты куда? – спросила Таня.
– Я это… вспомнил об одном чудовищно важном деле. Буквально вопрос жизни и смерти, – заявил Ягун и умчался.
– Ну вот! Медузия его все-таки раскусила и сглазила! – сказала Таня.
– При чем тут Медузия? Скорее уж талисману не понравилось постное масло! – уточнил Ванька.
* * *"
"К кабинету профессора Клоппа, расположенному под самой крышей в узкой и острой, как палец, башне, все собрались раньше времени. Известно было, что Клопп помешан на пунктуальности. Двери его кабинета были пока закрыты, но в щелку уже можно было увидеть, как потрескивает пламя под поставленными на огонь котлами.
– По-моему, у него подгорела каша! – принюхавшись, сказал Ягун.
– Скорее уж, эликсир честности. Клопп обожает пичкать им всех отвечающих! Если при этом в кармане у тебя шпаргалка, ты взрываешься на месте! Я слышала одну такую историю, – сказала Рита Шито-Крыто.
Склепова приложила к двери ухо. С противоположной стороны определенно доносился какой-то подозрительный звук.
– Странно, что Клопп нас до сих пор не запустил. Я слышу, как он там возится, – сказала Гробыня.
– Небось не все билеты и не все котлы еще сглажены. Лично я не рвусь отвечать, – заметил Ванька Валялкин.
Они с Таней решили, что больше не пойдут «сдаваться» первыми. Лучше где-нибудь ближе к концу, по методу Баб-Ягуна. Расщедрившийся Ягун даже снабдил их талисманами из своей неисчерпаемой коллекции. Правда, Тане они казались какими-то сомнительными.