Не понимая, что происходит, Таня, продолжая держать в руках ненужные, в общем-то, предметы, выглянула из-за колонны.
Готфрид Бульонский, пораженный двойной красной вспышкой, уже не мог подняться, а Фудзий, нависнув над ним, поднимал кольцо, собираясь с духом, чтобы произнести смертельное заклинание Вспышкус гробулис."
"Заметив Таню, Фудзий повернулся к ней. Он был бледен. Подбородок у него прыгал. Таня подумала, что на рокового злодея Фудзий не тянет. Скорее уж, загнанный озлобившийся тиран из нереализованных – из тех мелких, никому не страшных тиранов, которым вечно не хватает стульев на общем застолье и которым подают в кафе холодный чай.
– Оказывается, убивать не так просто… Особенно когда смотришь в глаза. Гроттер, дай мне свой перстень, выброси зеленые искры, и, возможно, я сохраню ему жизнь! – приказал преподаватель магических сущностей.
– Нет.
– Я сказал: дай мне свое кольцо! Я должен довести все до конца! Должен! У меня нет дороги назад!
– Я не хочу, чтобы вы уничтожили Тибидохс!
– Плевать на Тибидохс! Мне нужен трон, и я его получу! Вспышкус гробулис! – взвизгнул Фудзий.
Алая точка спрыгнула с его кольца и прожгла в камне глубокое отверстие в полуметре от головы Готфрида.
Таня схватилась за лицо. Осколок гранита до крови рассек ей скулу.
– В следующий раз я выпущу искру уже в него! – предупредил Фудзий. – Ну же, кольцо! Раз… два…
Поняв, что придется подчиниться, Таня поступила очень по-женски.
ШИАХХХАХНЦЦЦЦЦ…Всюду вспыхивали и меркли голубоватые искры. Таню закружило и сшибло с ног бурлящим потоком. Вода все прибывала. Таня заглатывала воду. Ее швыряло из стороны в сторону. Вскоре она не доставала уже до дна и старалась лишь, чтобы ее не бросило на колонны.
Где-то на краю омута вынырнула Великая Зуби, ухитрившаяся даже не потерять очков. Рядом, высунув из воды голову, загребал лапами золотой сфинкс академика.
Наконец Фудзий все же появился на поверхности.
– Куэррсимобум! – крикнул он, отплевывая воду.
Озеро заволокло паром. Таня захлебывалась. Она почти уже ничего не различала. Что-то бурлило и клокотало под ней. Брызги мешались с красными, голубоватыми и розовыми искрами. Хорошо, что вода оставалась по-прежнему прохладной – испаряя ее, Фудзий позаботился все же о себе.
Таня потеряла счет времени.