- А кто вы по званию?
- Разве это важно?
- Исключительно, чтобы правильно к вам обращаться! - В голосе генерала звучала некоторая обида.
- Валерий Григорьевич, зовите меня просто Сергеем и на ""ты""! - глядя в глаза генералу, ответил Савелий. - Здесь я прежде всего потому, что Андрей Воронов - мой брат!
- Брат? - удивился генерал.
- Вы о фамилии? Андрей мне названый брат: я сирота! - пояснил Савелий. - А если откровенно, то Андрей мне больше, чем брат!
- Понимаю. Что-нибудь удалось выяснить о нем?
- К сожалению, ничего, если не учитывать тот факт, что Андрей незадолго до своего исчезновения встречался с каким-то седым, интеллигентно и модно одетым мужчиной лет сорока, однако обнаружить следы этого Седого не удалось!
- Выходит, ваша работа в дивизии прошла впустую? - с огорчением спросил комдив.
- Не совсем, - заметил Савелий, продолжая неотрывно смотреть в глаза генералу, словно пытаясь понять, насколько он может быть откровенен с комдивом.
- Не совсем? Есть еще что-то?
- Пребывание свое здесь я бы действительно считал пустым, если бы не закончил то, ради чего приезжал к вам Воронов! - не без пафоса проговорил Савелий.
- Вы хотите сказать, что нашли ответы на вопросы несчастных матерей? невольно напрягся генерал. - И вы поставили точку в этом деле?
- Думаю, ответы матерям погибших солдат, правдивые или хотя бы отчасти правдивые, чтобы пощадить их чувства, должны дать вы, их командир! А по поводу точки.
- То есть вы все знаете, - с некоторым облегчением тихо проговорил генерал. - Что же вы мне посоветуете?
- С Булавиным или с Потылихиным? - в лоб спросил Савелий.
- С доктором-то мне ясно: выгоню из дивизии.
- Выгоните? - недовольно перебил Савелий. - И все? Извините, товарищ генерал, что перебиваю, но не слишком ли это ничтожное наказание человеку, виновному в гибели четырех молодых солдат?
- Но он же не убивал, да и детей его жалко, - пытался оправдаться, скорее для самого себя, генерал.
- Да если бы он не скрыл правду в первом случае, то трое остальных были бы сейчас живы, а эта скотина Булавин вылетел бы из армии! - Савелий не заметил, как повысил голос, но потом спохватился: - Извините за слишком эмоциональное восприятие происшедшего...