Как бы он иначе мог ей отвечать хотя бы жестами? Она же идет рядом, он не смотрит на ее губы, считывая, как это делают глухонемые.
- Мне надо к шоссе, ты знаешь, где это?
Кивнул. Знает. Керол обрадовалась.
- Отведешь меня туда?
Отрицательное мотание головой.
- Но почему? Мне очень надо! Моя дочь… - Керол перестала контролировать себя и повысила голос. Ее спутник тут же остановился, опять закрыл ей рот рукой. Потом еще раз, окончательно и уверенно помотал головой.
Керол всхлипнула, дождалась, когда отпустит, шарахнулась в сторону и побежала прочь, в направлении, как она предполагала, шоссе.
Далеко она не убежала. Грубый рывок, ее хватают поперек талии, опять кидают на плечо и несут прочь. Керол даже крикнуть не может, боится, что привлечет ходячих, и только яростно извивается в протесте. Протесте, которого даже не замечают.
Что ему надо от нее? Куда несет? Почему не хочет помочь? Он же вытащил ее из горящего дома, не просто так, значит что-то в нем есть человеческое?
Керол быстро утомляется и перестает дергаться.
Через час ходьбы они останавливаются на отдых и, как надеется Керол, на ночлег. Мужчина развешивает по периметру их стоянки консервные банки и еще какую-то звенящую дребедень, указывает Керол на место под сосной, между корней, торчащих из земли, и уходит в темноту.
Керол ежится, вглядывается в мрак, моментально обступивший ее. Все-таки присутствие большого сильного и, судя по всему, очень опытного в выживании мужчины давало спокойствие.
Куда он ушел? А вдруг… не придет? Бросит? Мороз продирает по коже. Но нет, он так не сделает, если бы хотел бросить, бросил бы раньше. Для этого незачем тащить за собой столько времени.
Керол опять задается вопросом, зачем он ее тащит за собой? Ну ведь явно не затем, чтоб иметь рядом с собой женщину… При мысли об этом сердце ухает вниз, ноги холодеют… Да нет… Никаких предпосылок к этому развитию событий Керол не усмотрела.
Керол опять подумала о том, как там София? С Диксонами… Ее спаситель на них чем-то был похож, на младшего Диксона больше, конечно.