А главное, что здесь делают анкры?
Глава 22
- Мой император, вы меня звали?
Роннар равнодушно кивнул в сторону кресла:
- Садись. И давай без этого официоза, он сейчас ни к чему.
Фаэрн молча подчинился.
Когда Рубиновый устроился в кресле, Владыка снова заговорил. Голос его звучал глухо, устало, словно этот полный сил и энергии дарг вдруг превратился в старую развалину.
- Как прошли похороны? Как льера Танарис?
- Спасибо, уже все хорошо. Мать тяжело восприняла известие о смерти отца, но сейчас ей уже полегчало.
Пошарив в карманах, Фаэрн вытащил конверт, такой маленький, что он легко бы уместился в ладони.
- Положи на стол.
Сам Владыка стоял у окна, привычно скользя рассеянным взглядом по верхушкам деревьев. Казалось, ему совершенно не интересно, как льера Танарис пережила убийство супруга и что она могла написать. Больше того, с тех пор, как пропала его альхайра, его не интересовало уже ничего. Но он упорно продолжал загружать себя государственными делами и заботой о подданных, словно это могло заполнить пустоту в его душе.
- Рон… - на этот раз молочный брат обратился к нему по имени. Совсем как в те времена, когда Роннар из клана Алмазных еще не был императором. – Все так плохо? Ты даже не прочитал мое донесение, а уже прошло две недели, и в Обители ждут ответ.
В тихом голосе Фаэрна звучало участие.
На виске Роннара задергалась жилка.
- Прочитал, - бросил он сухо. – Но не считаю нужным что-либо менять. Я дорого заплатил за то, чтобы мой… чтобы все оставалось так, как есть!
- Это невозможно, Рон.
Роннар обернулся так резко, что его волосы, завязанные в низкий хвост, хлестнули его по щеке. В потемневших глаза горело темное пламя.
- И подвергнуть опасности? Как твоего отца? Как мою…
Его голос сорвался на низкий звериный рык. Лицо исказила гримаса боли.
Схватившись рукой за сердце, венценосный дарг вжался спиной в подоконник и начал медленно оседать.
В одну секунду рядом с ним оказался Фаэрн. Подхватил своего императора, помогая ему устоять. Но тот оттолкнул побратима и выпрямился.
- Не надо, - с трудом выдавил из себя, пытаясь вернуть контроль над дыханием. – Это унизительно.
- Нет, Рон, помощь не унизительна. Я же знаю, что ты страдаешь. Все знают. Так позволь нам помочь тебе.
По губам Роннара проскользнула усмешка, полная горечи.