Боль потери и муки совести только ускорили этот процесс.
Роннар молчал, он не хотел делиться этим ни с кем, даже с Фаэрном. Он все еще оставался правителем Драконьей империи и не имел права на слабость.
Позже, когда Рубиновый ушел, Роннар случайно заметил конверт, который тот оставил на столе.
Письмо от льеры Танарис.
Что могла написать своему императору женщина, которая когда-то вскормила его собственной грудью, и чьего мужа он не смог уберечь?
Роннар не хотел это знать.
Но его руки против воли потянулись к конверту со знакомой печаткой на застывшем воске.
«Мой дорогой мальчик!
Прости, что обращаюсь к тебе так, как много лет назад. Можешь наказать меня за дерзость, но сейчас тебе пишет не твоя подданная, а твоя мать. Ты всегда был для меня родным сыном, несмотря на разницу в положении наших семей. Я всегда любила тебя, как родного. Люблю и сейчас. И потому хочу, чтобы ты кое-что знал.
Только ты один можешь найти свою супругу! Вспомни амулет, который ты ей подарил. В нем твои волосы и капля крови.
- …Что ее нет в этом мире, - процедил император, сжимая кулак и сминая бумагу.
***
Валенсии еще не приходилось работать, чтобы обеспечить свое пропитание. Но, как известно, все однажды случается в первый раз.
Тем утром ее впервые привели к загонам для анкров.
А теперь?
Теперь прежняя мечта казалась бессмысленной и недалекой.
Вот они, анкры – перед ней. Каждый в своем загоне, лежит на подстилке из еловых лап, сложив кожистые крылья, и косит на нее большим круглым глазом со змеиным зрачком.
Принцесса медленно шла по широкому коридору, по обе стороны которого располагались загоны. Она насчитала десять, по пять с каждой стороны. Но некоторые из них пустовали."
"В воздухе стоял стойкий запах свежего мяса и запекшейся крови. Он шел из кормушек. Что ж, даже детям известно, что анкры питаются мясом.
Она приблизилась к одному из загонов. Остановилась на расстоянии полушага, рассматривая крылатого зверя.
Анкр, несмотря на габариты, выглядел очень гибким.