И чай ей захвати.
Все замолкают, разглядывая Степана. С виду он совершенно спокоен. Даже подбадривает Дениса слабой улыбкой.
Ден кивает в ответ, подхватывает бокал с чаем, протягивает мне руку, за которую я цепляюсь. Поднимаюсь из кокона и благодарю взглядом отчима за то, что даёт мне выдохнуть. Мне это надо. Я не могу сейчас противостоять им всем. Я свихнусь. Я явно переоценила свои возможности.
Когда я почти вырвалась из кухни, меня настигает голос отчима:
— Май... Такой деликатный момент... Я могу попросить тебя пока не мыться?
Резко оборачиваюсь.
Но сдерживаюсь от открытого протеста:
— Хорошо, — соглашаюсь для вида, решая, что первое, что сделаю, когда поднимусь в свою комнату — это пойду в душ.
У них ничего не выйдет!
И иду за Денисом, с ужасом ожидая, что и он начнет меня прогибать.
Дом Арефьевых"
"— Стёп... - выдыхает Ева, глядя на мужа и боясь прочитать на его лице, что самое страшное случилось.
Степан разминает шею. Наверное, любой другой мужик бы на его месте уже тысячу раз пожалел, что связался с женщиной с детьми.
— Я не знаю, Ев... Она нормально не говорит.
— Боится? — непослушными губами спрашивает Ева.
Как же такое случилось с её девочкой? За что?!
— Нет, не боится... Похоже, что выгораживает этого... Кирилла, — Степан практически выплюнул его имя.
— Так он её... изнасиловал? — вмешивается в разговор Глеб Дёмин, отец Майи и Дениса.
— Вроде нет. Она сказала, что нет. Телесных тоже я не заметил. Но, понятное дело, я ж не буду её раздевать, — отвечает Глебу Степан.
— Я убью этого выродка! — рычит Дёмин.
— А вот этого — не надо! — возражает Арефьев, — Между ними там что-то произошло малопонятное, но убийству Кирилла Майка не обрадуется точно.
— Ты что хочешь сказать — она не рассказывает, потому что защищает его? — Ева делает верный вывод.
— Её надо на судмед отвезти! И посадить урода! Сколько ему всё будет сходить с рук? — снова повышает голос Дёмин.
— Давайте для начала успокоимся. Нужно сделать так, чтобы Майка быстрее в себя пришла. А с Кириллом Кабириным можно и так разобраться... Без полиции... — Степан тоже поддерживает Глеба. Ведь он тоже знает, что такое спускать нельзя никому. Этот мир существует по жёстким правилам.