Я улыбаюсь и провожу пальцами по его губам. Илария была права. Он плохо справляется с чувствами. Как будто он не способен уловить значения различных эмоций и с трудом их перерабатывает. Я двигаюсь вниз по его телу, пока его член не упирается во влажную поверхность моего лона. Дюйм за дюймом я принимаю его в себя, наслаждаясь тем, как он постепенно заполняет меня. Он большой, его член. Когда он полностью входит в меня, кажется, что мои стенки вот-вот разорвутся. Мне это нравится.
Когда он полностью входит в меня, я наклоняюсь, чтобы прильнуть губами к его груди, и двигаюсь вверх, целуя его шею, пока не достигаю его сильной челюсти.
""Мне интересно, cara"", — говорит он и прижимает большой палец к моему клитору, заставляя меня стонать.
""Что?"" Я откидываюсь назад и продолжаю вращать бедрами.
Его пальцы слегка пощипывают мой клитор, и я вздрагиваю, но сопротивляюсь потребности двигаться быстрее. Вместо этого я сохраняю медленный темп, наслаждаясь тем, как его затуманенные, пропитанные похотью глаза задерживаются на моих.
Руки Сальваторе перемещаются к моей попке, и он сжимает ее, заставляя меня хныкать. В следующее мгновение он врезается в меня снизу с такой силой, что я задыхаюсь.
""Ты никогда не боялась меня"", — говорит он. ""Почему?""
Я улыбаюсь, пока он продолжает входить в меня, его темп нарастает.
""Ответь мне, Милен"".
""Я была слишком зла на тебя, чтобы бояться!""
""Это"" — он снова вонзает в меня свой член с такой силой, что я мгновенно взрываюсь, как фейерверк и гром — ""самый идиотский ответ, который я когда-либо слышал"".
Глава 21
В течение последнего часа Артуро сообщал последние новости о наших деловых операциях с наркотиками, но мои мысли блуждали. Милен пошла делать маникюр со своей подругой и позвонила из салона меньше часа назад, но уже через двадцать минут мне стало неспокойно. Несмотря на то, что ее охраняют четыре телохранителя, мне все еще трудно сосредоточиться.