Ну так как – принесешь, или мне поискать кого-то более сговорчивого?
– Только главный не должен знать! – проговорила Лина, покосившись на дверь, и вытащила из кармана пачку «Парламента».
– Само собой! – обрадовалась Лола.
– И после как следует проветрим, чтобы запаха не осталось!
Сама Лина тоже закурила, и Лола решила, что это создало между ними доверительные отношения.
– Слушай, – проговорила она, положив дымящуюся сигарету на край чайного блюдечка, – а что за человек мой сосед?
– Зануда, – коротко и емко охарактеризовала Лина Арбузова.
– Да, я заметила! – пробормотала Лола, уставившись на окно. – Но довольно симпатичный…
– Запала, что ли? – Лина с интересом взглянула на нее. – Брось ты, пустой номер! Анжела из второго и то отступилась, а уж она никого не пропустит! Не мужчина, а минтай свежезамороженный! Никуда не ходит, даже в столовую не спускается! Сидит как приклеенный либо в комнате, либо на балконе! Правда, у него перелом сложный, ногу еле таскает…
– Ну, ездил бы, как эта старушенция, в кресле…
– Кто – Нинель Аркадьевна? – скривилась Лина.
– Ну, чего-чего, а времени мне не жалко! – протянула Лола. – Все равно здесь больше нечем заняться!
Пристроив Лолу в санаторий, Маркиз вернулся домой поздно и такой уставший, как будто разгрузил два вагона бревен.
– Дела, Аскольдик, дела! – вздохнул Маркиз, аккуратно сдвигая кота, чтобы встать с постели.
Через сорок минут он уже ехал в парк Лесотехнической академии, к той самой старой кирпичной водокачке, где скрылся вчера его подозрительный заказчик.
Леня пошел вокруг башни, внимательно осматривая ее через свой бинокль, пытаясь найти наиболее уязвимое место. Не успел он уйти далеко от входа, как раздался ровный гул открывающихся ворот. Леня метнулся к зарослям кустов, спрятался за ними, не сводя глаз с башни. Рядом со входом медленно отъехала в сторону часть стены, и из образовавшегося проема показался все тот же черный «ровер».