- А ты думаешь, я про Золушку шутки тут шутил? – Егор коварно оскаливается и достает из кармана медицинскую маску с тряпичной шапкой медбрата. – Вот! На карете скорой помощи примчал.
- Ясно. И кто меня слил?
- Не так важно, кто слил! Важнее, вот что ты вляпался! – Быстро перемотав ладони, Егор натягивает боксерские перчатки и движется на меня.
- Золушка, ты в крестные заделалась?
С удовольствием оставляю грушу в стороне.
- Должен же кто-то за тобой присматривать. – Егор коротко кланяется и делает первый выпад.
- Младший стал старшим, - отражая удар, улыбаюсь собственным словам.
С «младшим» и «старшим» действительно забавно.
До тридцати лет из нас двоих самым безбашенным и рисковым был Егор. Именно он бегал под пулями в спецназе. Он, а не я, пошел работать в органы. Он дослужился до майора, отлавливая всяких уродов и оправляя их за решетку.
В отличие от Егора, меня никогда не прельщали риск и поиски справедливости. До Мансурова я был типичным старшим братом, который издалека присматривал за младшим, давал деньги и старался не лезть с мудрыми советами.
Я строил карьеру и пытался не вспоминать, чему научился на улицах родного Питера и в какой семье вырос. Типичный одиночка, порвавший со своей стаей.
Однако пять лет назад все изменилось. Егор нашел женщину, рядом с которой остепенился и завязал с безбашенными выходками. А я чуть не сгорел в деревянном сарае на окраине города.
- Я смотрю, ты в форме! – замечает брат, когда я второй раз подряд укладываю его на лопатки.
- А ты расслабился.
- Не хватало еще в полную силу с тобой выкладываться. Меня жена горячая дома ждет и трое детей!
- Ну, ты ж зачем-то приперся сюда среди ночи. От юбки себя оторвал!
Бросаю ему свежее полотенце и указываю на дверь душевой.
- Отца чуть Кондратий не схватил, когда узнал, что ты был на боях с Мансуровым, - раздеваясь, начинает рассказывать Егор.
- У Семена Черного здоровье покрепче нашего будет, - специально называю отца его клановым прозвищем. – Или он очередной инсульт разыграл?
- Не скажи! После того как у тебя сердце два раза останавливалось, старик тоже начал сдавать.
Брат ювелирно попадает по больному месту.
В прошлом помощник отца чудом успел вынести меня из горящего сарая. Для этого ему пришлось перекупить половину охраны Мансурова и рискнуть собственной жизнью. Но я к тому времени уже здорово обгорел.
Врачам пришлось дважды возвращать меня с того света, а потом несколько раз латать самые пострадавшие места – лицо, грудь и руки.