- Мир!
- Что? Хочется больше, киса?
- Не мучай меня, пожалуйста…
Самодовольная ухмылка меня так злит, но я просто не в состоянии связать еще пару слов, чтобы высказаться.
- Как скажешь, сладкая…
Буквально пара движения, и я взрываюсь ощущениями. Мир расцветает, и в то же мгновение чувствую наполненность. Мышцы продолжают сокращаться, тесно обхватывая плоть мужа. Тот шипит, матерится, вжимаясь в меня, а я просто улыбаюсь. Потому что счастлива.
Однако Мирон явно не настроен на передышку. Делает первое размашистое движение, и с моих губ срывается стон.
Муж отстраняется, ловит мой взгляд, двигается так мучительно медленно, что я не выдерживаю, вцепляюсь в его плечи.
- Готова, сладкая? Пощады не будет. Ты теперь моя…
Мне хочется кричать - твоя, только твоя! Но мысли, как желе. Они где-то там, а я здесь, с ним. С мужчиной, который умеет вытворять такое с моим телом.
Второй оргазм оказывается мягче, плавнее. Мирон задерживается на мгновение. Он тяжело дышит, смотрит на меня так, будто впервые видит. И я теряюсь от этого. Не понимаю, как реагировать.
- Варь, выходи за меня?
- Что? - наверное, это последнее, что я ожидаю сейчас услышать.
- Выходи. Сама. По своему желанию.
- Мы ведь и так женаты.
- Да. Но я хочу, чтобы ты сама, понимаешь?
Чувствую, как улыбаюсь, подаюсь к нему и нежно целую. Это так трогательно, так романтично.
- Я согласна, Мир. Согласна…
- Теперь только вместе, - предупреждающе говорит он. - До конца.
- И никаких левых баб, - добавляю.
- Никаких, - соглашается Адамиди и целует в раскрытую ладонь. - Даю слово.
Можно ли верить бывшему бабнику? Не знаю. Но я очень постараюсь. И надеюсь, что его слова - не пустой звук.
- Я бы остался с тобой тут надолго. Но… У меня есть кое-какие дела.
Затравленно гляжу, как муж отстраняется и начинает собираться.
- Дела? - Напоминаю, что надумала себе лишнего в свое время.
- У нас дела, - поправляется Мирон. - Надо возвращаться.
- Это как-то связано с Павловым?
- Не без этого. Но еще - твой отец скоро будет в курсе. И лучше бы мне успеть с ним переговорить до того, как он успеет подготовиться.
- Зачем? - испуганно спрашиваю. Я же помню, какими методами может общаться папаша. - Не надо! Он же…
- Варь, ты совсем в меня не веришь? - с укором смотрит Адамиди.