Девушка оказывается совсем близком и вдруг наклоняется ко мне так, что наши губы встречаются. Ее инициатива, конечно, слегка обезоруживает. Последнюю неделю ведь я ее ни разу не видел.
- У меня тут был отпуск небольшой. Но мы же можем и после встретиться. Я работаю сутки-двое… - томным голосом говорит она, запускает пальчики мне в волосы и прижимается шикарной грудью так, что волей-неволей вижу это декольте.
- Кать… - начинаю, беру за талию, собираясь отстранить настойчивую поклонницу, как дверь открывается. Я уверен, что это врач.
Но это Варя.
Опять.
Чувствую себя идиотом. Вроде ничего не сделал, а вроде как опять попался.
Катерина показательно охает и, отстранившись, вытирается губы так, чтобы всем все стало ясно.
- Простите, - смущенно говорит и быстро выходит.
Варвара стоит и так смотрит, что я с трудом подавляю чувство вины. Хотя у нас тут вообще-то не я крайний. Но разочарование в ее глазах почему-то больно отзывается во мне. Словно это и правда мне важно.
- Здравствуй. Извини, что не предупредила, но у Назара какие-то срочные дела возникли.
- И? Ты здесь зачем?
- Помогу тебе домой добраться."
"Ее сдержанность начинает бесить. Мне хочется видеть, как она злится. Пусть злится, ревнует. Пусть ее тоже колошматит!
- Я большой мальчик, Варя, - насмешливо выдаю. - Мне есть кому помочь.
- Вижу, - с какой-то обреченностью соглашается она. - Однако я попрошу тебя свои… интересы на стороне скрывать более тщательно.
Жена больше не смотрит мне в глаза. Отворачивается и разглядывает стены, будто это очень важно и интересно.
- Более тщательно?
- Именно. Например, запирать дверь, чтобы все это не стало достоянием общественности.
От этих слов меня прямо выносит. Так вот что беспокоит эту неадекватную? Что скажет папочка? А я-то дурак…
- Как скажешь, Варюша. В следующий раз, когда буду трахаться обязательно запру дверь. Прости, увлекся - Катюша слишком хороша.
Барская стискивает зубы, но молчит.
- Я подожду в коридоре, пока ты будешь собираться.
- Мне еще выписку ждать.
- Я уже забрала.
Варвара уходит, оставляя легкий флер своей туалетной воды. И вот опять. Опять все вокруг пропитано только ею.
Гадство.
Я злюсь. Поэтому к выходу идем молча. И только уже перед дверями, жена зачем-то берет меня за руку. Я настолько обалдеваю от этого ее жеста, что не сопротивляюсь.
Но стоит нам оказаться на улице, как все становится ясно, как день - нас окружают журналисты, наперебой задают свои стандартные вопросы, щелкают камеры.