Ему уже сняли повязки, и хотя шов еще заметен, он нисколько не портит его. Залипаю на красивом торсе, крепких мышцах, темной дорожке волос, которая уходит вниз и скрывается за резинкой плавок.
А когда поднимаю глаза выше, понимаю, что спалилась. Краснею и делаю шаг назад. Муж едва заметно усмехается, берет полотенце и перекидывает через плечо.
- Соскучилась?
- Извини, не знала, что ты здесь, - бормочу, продолжая отступать. А Мирон как назло смотрит, не отрываясь, и идет на меня. Тоже медленно, зеркаля мои шаги.
- Нервничаешь перед шоу, которое устроит твой старик?
- Если бы могла, я бы отказалась.
- Так почему не можешь? Чем он тебя держит, Варя?
Я уже почти готова ответить, но в итоге молчу.
- Лариса сказала, завтра за нами приедет лично.
Мирон ухмыляется, но никак не комментирует смену темы разговора.
- А еще будет фотосессия до. Я ей говорила, что это лишнее, но она… Сказала это согласовано.
С опаской смотрю на мужа, но тот, кажется, не разозлен очередным вывертом распорядительницы.
- Еще что-то? - спрашивает низким голосом, оказываясь в опасной близости от меня.
- Н-нет. Я, пожалуй, пойду.
Но Мирон ловко ставит руки по обе стороны и буквально припечатывает меня к стене.
- Уверена, м?
- Да, если ты хочешь снова… переспать, то пока смысла нет.
Стоит напомнить об этом, как что-то в Адамиди меняется. Он будто каменеет. Отступает, давая возможность уйти.
- Ты права, смысла нет.
Киваю и быстро сбегаю наверх. Я не понимаю, почему так реагирую на его близость. И главное когда это началось? А еще я гадаю, как все будет дальше между нами? Изменится ли его поведение в постели? Робкая надежда тут же рушится стоит только вспомнить наш поход в магазин. Дура ты, Варька. У него таких утешений сто и одно. Уж он точно не станет хранить тебе верность, пока ты тут убиваешься над возможным выкидышем.
И так обидно становится. Ох, не так я хотела выйти замуж, не так….
- 41 Варя -
Свадьба - самый счастливый день для каждой девушки. Если это, конечно, свадьба с любимым человеком. Для меня это день наполненный вынужденной улыбкой, от которой сводит скулы, недовольным выражением лица Ларисы и чересчур радостным папашей.
Всем хорошо, кроме меня. Даже Мирон и тот, похоже, не напрягается. То ли смирился, то ли его и так все устраивает - наверняка потрахивает на стороне всяких там Оль или Кать.