После решила, что он не стал бы ее убивать таким ужасным способом. Смерть от удушья — такая морока."
"Вдвоём в комнате сделалось тесно, но зато за спиной странного незнакомца зиял проем, словно в плетёной корзинке, где ее поселили, распустился боковой шов. Ей очень захотелось в него выйти. С некоторых пор в одном помещении с незнакомцем стало неуютно, а душа томилась от подозрений. Говорить стало боязно, словно каждым новым словом, она ухудшала своё положение.
— Кто ты? — наконец, спросила она, сжавшись и затаив дыхание.
— Мастер… — На этот раз в его голосе была искренняя усталость, словно она измучила его просто одним своим присутствием. — Мы за пределами Варды, за сто седьмым болотом, без света, еды и командировочных, дар истрачен на быт и обслуживание. Мы, — он невольно выделил это «мы», — очень устали.
Интуитивно, она поняла, что сама в это «мы» не входит.
— Но я действительно… — начала она и тут же остановилась.
Если она не собирается признаваться в том, что она — это не она, то нет смысла возражать и капризничать.
Она, наконец, приняла решение, выдохнула, выпрямилась и твёрдо сказала:
— Мне необходимо одеться, принять пищу и обсудить сложившуюся ситуацию.
Едва она приподнялась, как незнакомец резко вскочил и отвернулся, только платье завернулось волнами вокруг колен.
— Это уже слишком, — сказал он низким голосом.
Она нахмурилась, ее анатомия соответствовала образу весьма спортивной и вроде бы молодой особы без видимых изъянов.
Или в этом мире нагота под запретом?
Она оказалась так загипнотизирована его красотой, что только сейчас заметила его странную одежду. Высокие сапоги, словно сшитые по идеальному лекалу, платье до середины икры, слоящееся, как туман, и перехваченное тугим широким поясом. Рукава до самых пальцев. Удобно и почти неправдоподобно изящно.
В руках у него оказалась куча цветного тряпья, которую он, не оборачиваясь закинул на ложе.
Она взяла этот цветной легкий ком. Распутала платья разных оттенков и длины, но единых по форме — чуть выше щиколоток и свободного кроя, а также широкий пояс и плащ, лишенный и рукавов, и застежек.
— Неудобное платье, — сообщила она в пустоту, — Почему бы не сделать только одно?
— Если ты заявишься в нижнем платье на Малый совет, Варда этого не перенесёт, — насмешливо отозвался незнакомец.
Она взялась за цветные тряпки.