В темноте не было видно, но он улыбался, ворча подобным образом.
- Может, мне хочется поговорить.
- О чем?
- Не знаю. – Шен помолчал. – Может, стоит прогуляться по деревне прямо сейчас?
- Не стоит. Я хочу спать.
- Тогда спи.
- Если ты замолчишь.
Комната погрузилась в тишину. Было слышно, как усиливающийся дождь барабанит по крыше.
- Слушай, что Шиан пообещал тебе в обмен на мою защиту? – через какое-то время спросил Шен.
Вопрос растворился в тишине. Шен уже готов был поверить, что Муан на самом деле заснул, когда тот произнес:
- Если я скажу, что ничего, ты поверишь?
- Из-за «ничего» так самоотверженно не рискуют.
- Должно быть, я просто дурак.
- Да, так можно объяснить вообще все твои действия, - уничижительно заметил Шен.
Муан ничего не ответил, просто глубоко вздохнул и отвернулся к стене.
Шен продолжал глядеть в темный потолок. «Почему нельзя сказать все открыто? – думал он. – Раздражает!»
Он прикрыл глаза, собираясь еще долго думать о всяком разном, но мерный стук дождя убаюкивал, и хозяин пика Черного лотоса вскоре погрузился в сон.
Ранним утром Ал Луар пробудился ото сна со странным ощущением уюта и защищенности. Думая, что это остатки приятного сновидения, он продолжал лежать с закрытыми глазами, пытаясь продлить эти чудесные ощущения, недоступные ему с раннего детства. Но сон постепенно развеивался, а ощущение тепла оставалось. Ал почувствовал приятный аромат и ощущение тяжести чужих рук. Вздрогнув, он открыл глаза и увидел багряный наряд. Через мгновение он понял, что его лоб упирается в грудь учителя, а тот обнимает его за плечи и голову, точно игрушку или подушку, уткнувшись щекой в его макушку и чуть навалившись сверху.
Шен потянулся, выпуская Ала из объятий, и открыл глаза.
- Хм, прости, - ничуть не кающимся тоном произнес он, - похоже, я во сне перепутал тебя с Волчарой.
Шен наблюдал, как розовое лицо парня становится ярко-красным после его слов, по цвету перекликаясь с его багряным нарядом.
- Учителю правда неловко… - попытался сгладить свою предыдущую фразу Шен, но Ал взорвался и перебил его, громко воскликнув:
- Я тоже живой человек, учитель! Вы не должны так насмехаться надо мной!
- Прости… - опешил Шен. – Я вовсе не…
- У меня тоже есть чувства! Вы… вы…
Ал не смог закончить мысль. Испугавшись собственной вспышке и дерзости, он подскочил на ноги и выбежал прочь.