Все еще прижимая к себе Шена, который, по ощущениям Муана, был ни жив ни мертв, и делясь с ним своей духовной энергией, старейшина пика Славы незрячим взором уставился перед собой. Постепенно он стал различать слабые очертания, картинка перед глазами чуть посветлела, приобретая резкость и контраст. Но осознание, что зрение вернулось к нему, пришло к Муану лишь тогда, когда он пару минут бессмысленно пялился на чуть светящиеся в темноте линии печати перед ним. Наконец осознав, что проклятье снято, он аккуратно отстранил от себя Шена и вгляделся в его лицо.
Шен почувствовал, что передача духовной энергии со стороны Муана прекратилась, хотя он продолжает лежать в кольце его рук. Открыв глаза, он уставился на вытянувшееся лицо старейшины пика Славы.
- Вообще-то, у меня все было под контролем, - сообщил Шен и проследил, как лицо Муана вытягивается еще сильнее.
Муану очень захотелось его ударить. Вот прям бросить об землю и еще ударить. Вместо этого он лишь чуть сильнее сжал руки.
- Видишь этот свет от печати? – продолжил пояснять Шен. – Она постепенно возвращает мне потраченную энергию, собирая ее, рассеявшуюся по поляне. Я сам придумал этот способ…
- Ты совсем ополоумел? – спокойным тоном, будто нечто до крайности будничное, уточнил Муан. – Я вообще перестал ощущать твою духовную энергию. А что это значит? – как у маленького, спросил он и тут же сам дал ответ.
Под конец этой речи он все же не выдержал и закричал, оттолкнув его в сторону. Шен уставился на него, потрясенно размышляя о том, что на самом деле не знал об этом небольшом, но фатальном нюансе. Точнее, должно быть, где-то глубоко в его памяти хранилась подобная информация, когда-то он мог читать об этом в новелле.
- У меня все было под контролем, - упрямо повторил Шен, не желая признавать правоту Муана.
Тот вздохнул и, потянувшись к нему, схватил за запястье.