Или… Может, тебя загрыз злой дух? Слишком надуманно… Или… тебя прирезали в кабаке в пьяной драке? Нет, не в твоем характере… Тогда… Точно! Скажу, что ты погиб от собственных экспериментов! Вот, умрешь крайне бесславной смертью и навеки покроешь себя позором! Слышишь, Шен? Стоит тебе умереть – я все эти угрозы в жизнь воплощу. Я каждому старейшине разные версии событий расскажу! Шен…
Муан вновь потряс его за плечи, пытаясь привести в чувства.
- Как же ты меня раздражаешь…
Он провел пальцами по его лбу, убирая непослушную прядь, и почувствовал, как горит его кожа.
Сокрушенно вздохнув, Муан подхватил его на руки и понес прочь.
- Похоже, ваш господин очнулся, - сообщил он служанке, дежурившей подле двери.
В его сне была некая уютная, теплая темнота. В этой темноте была пушистая черная лисица с девятью хвостами, а еще этот раздражающий Онэ. На сей раз он не казался таким раздражающим, позволял ему плести косички из своих длиннющих волос, использовать их вместо тарзанки и гамака.
Шен открыл глаза, осознавая, что ему снился какой-то бред. Тут же разразилась Система:
[Поздравляем! Сюжетное задание «Поручения совета старейшин» полностью выполнено! +150 к силе главного злодея!]
«Как выполнено?»
Шен перевел взгляд и увидел, что рядом с ним, в позе верного, ожидающего пробуждения хозяина песика сидит главная героиня.
- Учитель! Как вы себя чувствуете? Может, хотите воды? Или еще что-то?"
"Шен медленно сел и ощутил неприятную слабость во всем теле, со лба сорвался и упал ему на колени влажный платок. Удивленно сжав его одной рукой, вторую он приложил ко лбу. Кажется, и впрямь слегка лихорадит. В золотое ядро вглядываться не хотелось, Шен старательно избегал даже мысли об этом.
- А где мастер Муан? – перво-наперво поинтересовался Шен, начиная кое-что предполагать касательно последней одной шестой задания.
- Они с младшем братцем Алом улетели на мечах выполнять последнее задание.
- Понятно… - несмотря на легкое раздражение, Шен почувствовал значительное облегчение.
Ему от этих заданий было уже тошно. То, что на этом все закончилось и можно было возвращаться в орден, порядком успокаивало.