Троица упала на колени, залепетала мольбы, но я была непреклонна.
– Свиньи! – голос прогремел на всю округу, земля качнулась. А мои обидчики превратились в умильных розовых поросят. Я поочерёдно ткнула пальцем в каждого: – Ниф – ниф, Наф – наф и Нуф – нуф.
И загремела снова:
– Ну? Кто ещё моей кровушки хочет?
Войско попятилось. Даже маги струхнули. По их представлениям, на проведённый мной сеанс магии только боги способны.
Главнокомандующий оказался единственным, кто осмелился возразить.
Я замерла, вперила в Рогора алеющий взгляд и криво усмехнулась.
От безрассудной храбрости главнокомандующего, народ обалдел больше, чем от учинённого бесчинства. И тут кто‑то умный крикнул:
– Настя! Это та самая Настя!
Крик, подхваченный множеством голосов, даже до столицы Ремвида докатился.
Смелый Рогор ухватил за ногу и поволок к земле.
Вместо приличного в моей ситуации волшебства, я пнула главнокомандующего ногой в лицо и завизжала, оповестив всё войско о том, как щекотно.
– Успокойте её! Это ведь по вашей части!
Не дождавшись молниеносной реакции, вытащил меч и стукнул рукояткой по темечку. На этом моя магия закончилась.
Эх, если бы на моём месте была другая…
Увы, я о своей недавней мощи не помнила. Тело болело. На щиколотках и запястьях красовались огромные бурые пятна, обещавшие вскоре окраситься в цвет хорошо вызревшей сливы.
"Я не жалела о щиколотках и запястьях, а вот голоса было жаль, потому что эмоции, вызванные последним эпизодом приключения, пришлось объяснять жестами. В таком исполнении масштаб моей обиды никто не оценил. А обиделась я всерьёз.
Чёрт, да как он мог? Рукояткой по темечку! Ненавижу!
Сам Рогор благоразумно не показывался.
На ночь меня разместили в одном из шатров.
Подумать только… Я – Настя, девочка – одуванчик, вдруг превратилась в злобную фурию и несу угрозу для целого войска. Это ещё глупее, чем моё желание спасти этот мир от технологической угрозы.