Мисс Фостер понимает мистера Сенсена так, как не можем мы. В Аллювитерре я внимательно наблюдал за ними. Он открылся ей. Положился на нее. Доверился ей. Ну так, – его глаза встретились с глазами Софи, – что говорит твое сердце?
Софи скрестила руки на груди, жалея, что не может запустить туда руку и вытащить ответ. Вместо этого она слышала только разум, переполняющий мысли воспоминаниями:
Киф, плачущий в ее плечо в день, когда она рассказала о возможной смерти его матери.
Пижамные вечеринки у окон, которые они устраивали, чтобы не переживать самые тяжелые ночи в одиночку.
"Его комната, забитая записками и бумагами, где он отчаянно пытался собрать воедино правду, скрытую в прошлом.
Совсем маленький Киф, сидящий в Атлантиде и ждущий семью, которая забыла о нем.
Воспоминания повторялись вновь и вновь, пока их не затмила другая картина.
Киф, сидящий в палатке целителя в Эксиллиуме, испуганный, злой мальчик, потерявший привычную маску веселья и уверенности.
Воспоминания ничего не говорили. Но сердце от них ныло – заставляло жалеть, что она не может обнять его и все исправить.
Магнат Лето кивнул, словно подслушивал ее мысли. Отчего она задумалась…
– Пока мы жили в Аллювитерре, вы хоть раз читали его мысли?
Телепатам нельзя было вмешиваться в чужие жизни без разрешения – но магнат Лето никогда не следовал правилам.
– Ты спрашиваешь, знал ли я, что он планирует вступить в «Незримые»? – спросил тот. – Я знал, что он над этим раздумывает. Но это была невероятно робкая мысль. Она укрепилась, лишь когда вы отправились в Равагог – и даже тогда, он все равно не решил до конца.
– «Зло», это точно, – пробормотал Грейди. – Если этот мальчишка еще хоть раз к тебе подойдет, используй на нем инфликцию со всей силы.
– Грейди! – ахнула Эдалин.
Она стояла в отдалении вместе с Кадоком, ее мускулистым телохранителем, по сравнению с которым даже Сандор почти что казался тощим, и так тихо смотрела на пастбища с расхаживающими по ним динозаврами и другими невероятными животными, что Софи о ней позабыла.
– Позволь напомнить, что Киф делает то же, что пыталась сделать наша дочь, – сказала она Грейди.
От ее слов он пошатнулся.
Софи они тоже задели.
Джоли пыталась внедриться к «Незримым», и ее план работал – пока они не приказали уничтожить человеческую ядерную электростанцию, чтобы доказать свою верность. Через несколько дней после отказа ее убили.