– Биана вспомнила, что у тебя есть браслет, – сказал он, вкладывая крохотного дракона в ее ладонь.
– Есть.
Грейди с Эдалин купили его, когда думали, что Софи умерла, – так они поминали ее, приходя к Вандерлингу. А мистер Форкл пару раз передавал через него тайные послания. Но Софи решила, что лучше оставить эти «жизнерадостные» воспоминания при себе, чтобы не очернить прекрасный подарок.
Фитц присел рядом с ней, прислоняясь к дереву Каллы и рассматривая проекцию в дневнике памяти, с которой не сводила взгляда Софи.
Четверо эльфов в черных плащах, исчезающих из разрушенной Люменарии.
Четверо.
Она точно знала, что ей не привиделось.
Финтан.
Руй.
Гетен.
И… кто?
Она думала, что это был Брант, но теперь знала: в то время он был уже мертв. Так кто же это мог быть?
Возможно, они встретились с Алваром. Но у Софи было куда более страшное предположение. Гоблины говорили, что в подземелье был еще один узник – связанный с Забытой Тайной.
Но неизвестных тел под завалами не нашли.
Когда она поделилась теорией с Орели, та побелела и взяла с Софи обещание никому не рассказывать.
Никто не обрадовался новому таинственному врагу, но Киф быстро заметил, что в тайниках могла скрываться его личность. Декс уже занялся взломом, и Софи не сомневалась, что он преуспеет.
– Знаешь, я тут подумал, – произнес Фитц, заглушая ее мысли. Закрыв дневник памяти, он отложил его в сторону. – Ты должна мне желание.
– Серьезно?
– Ага! Мы же договорились, помнишь? Если не загадаешь желание за месяц, то оно становится моим.
Софи вздохнула.
– Так и думала, что оно выйдет мне боком. Надо было просто загадать что-нибудь и забыть.
– Надо было. Но ты не загадала, так что… я победил! – он тряхнул волосами, сверкая очаровательно уверенной улыбкой. – Должен сказать, понимаю, почему ты так затянула. Это же такая ответственность. Ну, с одной стороны, я могу пойти легким путем и узнать секрет, который ты до сих пор от меня скрываешь.
У Софи пересохло во рту.
– Все еще паникуешь, а? Очередное доказательство, что с этим нужно покончить.
Он посмотрел ей в глаза, не давая отвести взгляд. А когда она сглотнула, то вышло так громко, что должен был услышать весь свет.
– Или, – произнес он, – можем опустить разговор.
– И перейти к чему? – спросила она, ненавидя себя за надломившийся голос.
– Есть идеи?
Фитц сидел так близко, что Софи чувствовала теплое дыхание на своих щеках.