Албаста постукивала длинными пальцами с красными ногтями по столешнице и с нетерпением смотрела, как Эрдэнэ изысканно и медленно поглощает обед. Чего только не заказала. Деликатесы и заморские фрукты. Сидит и ест с явным презрением, как будто ей подсунули какую-то дрянь. И нельзя ей устроить ад…нельзя. Она ей нужна. Чтоб добровольно, чтоб все сделала, как положено, и отца своего подставила, и за Сансара вышла…
– Вот эти оливки явно несвежие. И я просила почти черные, а не фиолетовые.
Отодвинула тарелку с пренебрежением, а маслину швырнула на пол.
– В следующий раз, если меня плохо покормят, я даже разговаривать с тобой не стану.
Кулак Албасты ударил по столу, но девчонка даже не вздрогнула.
– Станешь. Не забывай, в качестве кого ты сюда попала. И не зарывайся. Я могу передумать, и ты мне будешь не нужна."
"– Не передумаешь. Кроме меня никто тебе не поможет завалить твоего лютого врага, кроме меня никто не знает расположение в доме Хана, как и где стоит охрана, в котором часу смена караула, где выключается сигнализация и где находится сейф с документами…Даже дед не знает.
И с наслаждением отправила анчоус в маленький алый ротик с аккуратными жемчужными зубами. Как странно, что у такого громилы родилось такое нежное и очаровательное создание. Красотой Эрдэнэ напоминала свою мать, но грубые черты лица последней проигрывали утонченности дочери. Кошачье личико с раскосыми миндалевидными карими глазами, тонкие, аккуратные брови, крошечный носик и рот сердечком, а острый подбородок всегда вздернут вверх.
– Но ты еще не ответила – собираешься ли мне помогать и сотрудничать со мной?
– Я думаю…понять не могу, какая мне выгода от этого сотрудничества будет. Ты живешь у Сансара, и он тебя содержит. Никаких несметных богатств я у тебя не наблюдаю. Ты всецело зависишь от своего покровителя.
Наглая тварь. Как она смеет так с ней разговаривать. Сам Сансар трепещет перед Албастой, а эта молодая сучка и не думает ее бояться.
– Мои сбережения далеки от глаз и лап простых смертных. А Сансар лишь способ достижения целей…и его цирк всецело мое детище, с которого я имею проценты.
– И все? Какие могут быть проценты, если ты до сих пор ешь и пьешь с его стола.