Едва удерживал себя, чтобы не кинуться в спальню к Лисе, но я понимал, что ни к чему хорошему это не приведет.
«Сейчас проявятся ее настоящие чувства ко мне, и я буду самым счастливым на свете, если из ее уст прозвучит отказ…» — мысленно произнес я.
«А как же твоя королевская армия?» — едко хмыкнул Арагон.
— Переживу!
Сам удивился тому, как легко мне дался этот ответ. Наверное, именно потому, что мои мысли сейчас были готовы разорвать голову. Они метались туда-сюда, не давая покоя.
Поднялся по ступеням и вошел в гостиную, опускаясь в кресло.
Смотрел в одну точку не моргая, понимая, что сейчас решается моя судьба.
Арагон молчал, не надоедая своей болтовней. Он, как и я, ждал.
Сердце забилось чаще, норовя выпрыгнуть из груди, когда драконий слух уловил шаги, которые, я надеялся, принадлежали Салдеру.
— Ты здесь? Хорошо, — кивнул друг, усаживаясь в кресло напротив меня.
По его лицу я ничего не мог прочитать. Салдер словно закрылся, не желая делиться.
Смотрел на него не моргая, заставлял себя дышать, хотя от напряжения перед глазами все плыло, а зубы сжались до такой степени, что десны больно заныли.
«Угомонись, малыш!» — рявкнул на меня дракон.
— Даже не спросишь? — хмыкнул он, взъерошивая пятерней свою идеальную прическу.
— Хочу, чтоб ты сам мне рассказал, — кивнул осторожно.
— Она отказала мне! — тихо произнес Салдер, смотря на меня взглядом полным горечи и отчаяния.
Мне бы проявить сочувствие, но я не мог. Внутри затапливало тепло и радость от того, что Мелисса только моя, что она верна мне, даже несмотря на наши натянутые отношения.
— Я сожалею, — произнес одними губами, нагло обманывая единственного друга, глядя ему в глаза. — Салдер, я должен тебе сказать…
— Она поведала мне, что в ее сердце уже живет мужчина! — вскочил с кресла Сал, перебивая меня и заставляя замолчать.
«Уже живет мужчина…» — счастливо повторил я, наблюдая, как друг мечется по комнате из стороны в сторону.
— А самое интересное, что она отказалась назвать мне его имя! Найти бы его и оторвать ему башку! — рычал Салдер, распространяя по гостиной волны агрессии.
Состояние Сала начинало тревожить ни на шутку.