Четыреста лет — не тот возраст, в котором принимают активное участие в управлении корпорацией или вообще проявляют признаки бодрости духа. Даже с учётом местных технологий. По словам Хэча, подавляющее большинство жителей сектора не доживают и до сотни. У корпоратов высшего звена, возможностей намного больше, но и там долгожительство не является чем-то привычным. Как правило, тех кто пытается задержаться на этом свете, одновременно управляя компанией, сметают наследники. Да, чисто технически, поддерживать жизнь одного конкретного человека, можно весьма долго.
Другое дело, что при раскладе, когда кому-то позволяют жить настолько долго, он должен быть абсолютно не опасен в плане конкуренции за власть.
Окинув улицу взглядом, делаю рывок вперёд, перемещаясь ближе к перекрёстку. И озвучиваю вопрос.
— Хэч, кто среди Эйсов может оказаться старухой, которой больше четырёхсот лет?
Блондин не находится, что ответить — таких деталей о семейной жизни элиты сектора, в голове экс-якудза видимо нет.
— Рамира Эйс. Смещена со всех постов около трёхсот лет. С тех пор точное местоположение и статус неизвестны. До этого пятьдесят лет занимала пост главы корпорации.
Занятно. То есть от рычагов управления её отстранили три сотни лет назад, но жизнь почему-то сохранили. Впрочем, хер бы с ней. Это даже не прошлое поколение, а далёкий предок текущих Эйсов. Если я верно помню, ни один из них, пока не перевалил за сто прожитых лет.
"Да и трёхлетка — не самая внушительная цель. Хм. Если честно, о маленьких детях, я в целом не подумал. Со взрослыми всё понятно, но что делать, если перед глазами окажется ещё пара младенцев? Расстрелять? Пройти мимо? Непонятно.
Поморщившись, давлю размышления в зародыше. Буду действовать по ситуации. Для начала надо прорваться в само здание — до этого момента выстраивать какие-то планы нет никакого смысла.
Дальше молча мчимся по пустым улицам.
На момент возникает мысль, что при таком раскладе нам надо поспешить. А через секунду губы кривятся в яростной ухмылке.